Какой населенный пункт вблизи москвы стал резиденцией лжедмитрия 2
Перейти к содержимому

Какой населенный пункт вблизи москвы стал резиденцией лжедмитрия 2

  • автор:

Какой населенный пункт вблизи москвы стал резиденцией лжедмитрия 2

Вот рассказ о нашей родине. Это не совсем «мой город», скорее «моя часть города», ведь Москва такой мегаполис, что сил одной школы рассказать о ней более полно не хватит. Эта работа создана Туркиным Алексеем и Угасте Тамарой Васильевной (библиотекарем). Мы предлагаем Вам текстовую версию, но можно посмотреть и WWW-вариант (с картинками) на нашем сайте (URL в конце повествования).

I. ТУШИНО — город нашего детства.

Человеку, как и кулику, который славит свое болото, свойственно славить место своего детства, поражая слушателей древностью возникновения жизни в этих местах, участия поселка или города в исторической судьбе Родины, именами великих людей, которые рождены здесь.

Итак, начнем возносить хвалу тому району «великого града Москвы», которое зовется — ТУШИНО, где проходит наше детство, стараясь по возможности опираться на исторические документы.

В 1995 году Московское городское объединение архитекторов издает первый том многотомного труда — «ИСТОРИЯ МОСКВЫ» (составитель М.М.Горинов). Каждая книга выносит в оформление своих обложек основную суть содержания, в частности, на первой странице обложки первого тома (посвященного истории возвышения Москвы, превращения ее из окраинного поселения Владимиро-Суздальского княжества в столицу Всея Руси) изображен памятник основателю Москвы — князю Юрию Долгорукому, а на последней странице обложки — древняя карта земли Московской. И среди разветвленной речной сети, давшей жизнь Москве, находим реку Сходню (Всходню), в месте ее впадения в реку-Москву будет построено Тушино.

Этот район многочисленных рек и речек дал жизнь поселениям человека эпохи неолита, о чем говорят археологические находки в Братцево и Щукино. Во времена Великого князя Киевского — Владимира было здесь поселение Коробово — пращур Тушино, вот и получается, что Тушино старше Москвы как минимум на 170 лет. Дала Руси земля тушинская и великого человека — архитектора Андрея Воронихина. Крепостной графа Строганова, ученик Баженова и Казакова, строитель Казанского собора и Строгановского дворца в Петербурге. В 1779 году он строит дворец графу Строганову в Братцево, который сохранился до наших дней. Поразит слушателя и сведения о наличии в Тушино одной из уникальных геологических структур — Братцевской котловины. Хвалу воздали. Теперь рассмотрим более подробно историю Тушино.

Что дает толчок к заселению какой-либо местности человеком? Очевидно, такие природные условия, которые дают возможность вести человеку созидательную хозяйственную деятельность, обеспечивающую ему и его потомству выживание.

Давным-давно, несколько миллионов лет тому назад плескалось на этом месте бескрайнее море. Плавали в нем бесчисленные живые организмы, которые, умирая, опускались на дно моря и создавали белый строительный материал — известняк. Кстати, Москва, построенная из этого камня, звалась белокаменной.

Затем, когда суша поднялась, а море ушло, двадцать-тридцать тысяч лет тому назад пришли в наш край со Скандинавских гор и Кольского полуострова огромные ледники. Проходили годы, климат Земли теплел, ледники отошли на Север, оставив разветвленную сеть рек и речек (полноводную Москва-реку и ее притоки: реки Всходня с Братовкой, реки Химка с Чернушкой, Волковешка; конечно, названия этим рекам были даны много позже) , озер, то есть готовую сеть сообщения, ибо в непроходимых лесах, покрывших сушу, это были единственные дороги и защита от врага. Леса заселили разнообразные виды зверья и птиц, реки были полны рыбы. Вслед за этим изобилием пришел человек — человек эпохи неолита — нового каменного века, человек уже умеющий обрабатывать каменные орудия.

Во время археологических раскопок в 1924 г. в Щукино и в 1935-1936 гг. в районе Братцево обнаружены стоянки человека эпохи неолита, которую ученые датируют концом III — началом II тысячелетия до н. э. Были обнаружены кремниевые осколки, череп человека (эти находки хранятся в музеи Истории и реконструкции Москвы) . В раскопках участвовали археологи Б. А. Куфтин и М. В. Воеводский.

Шли годы, проходили тысячелетия и в эти места пришли племена угро- финов, а в VI-VII веках, спасаясь от половцев с юга России, пришли вятичи. Из западных прибалтийских земель пришли и поселились племена кривичей. Граница межплеменного расселения проходила по реке Сходня, или по старому Всходня. Примерно по территории таких районов Северо- Запада как Митино, Рублево, Спас, Братцево, Тушино, Путилково. Река Всходня была в те времена очень полноводна и с бурным течением. Известный путешественник и дипломат Адам Олеарий писал в 1643 году: «Переправлялись мы через многоводную и быстроходную реку Всходню и едва-едва не утонули в ней».

В 1927 году Истринским музеем были проведены раскопки городища и курганов, находившихся между селами Тушино и Спас на левом берегу реки Сходня. В городище были найдены образцы керамики дьяконовской и поздне-русской культур. В могильных курганах захоронения в деревянных гробах — колодах. Дьяконовская культура охватывает период с V в. до н. э. — VII век н. э., названа так по связанному с ней поселению, раскрытому археологами у бывшего села Дьяково (в Коломенском) . «Дьяковцы» не были славянами, а относились к финно-угорским племенам.

Сын князя Святослава — Владимир Святославич (Владимир Святой) в 981 году присоединяет земли вятичей и кривичей к землям Киевской Руси. В этих землях закладывает он города: Суздаль, Ростов, Переяславль, Владимир на Клязьме. Экономические связи между обитавшими здесь народами были уже постоянными, а сообщение этих городов с Киевом возможно было только водным путем. Ибо как писал в своей книге «История города Москвы», выпущенной в 1905 году, русский историк академик И. Е. Забелин: «Вся Суздальская Русь, или, по теперешнему имени, — Московская сторона, так прямо и называлась «Лесною землею», глухим «Лесом». Здесь в непроходимых чащах по сухому пути летом целые рати заблуждались и, идя друг против друга, расходились и не могли встретиться. Так именно и случилось однажды в начале июня между Москвой и Владимиром во времена вражеской междоусобицы в 1176 году. Князь Михалко Юрьевич шел с полком к Владимиру, а Ярополк, его супротивник, таким же путем ехал в Москву и, «божьим промыслом», отмечает летописец, «минустася в лесах», сердечно радуясь, что не случилось кровопролития».

Близость верховий рек: Москвы-реки, Дона, Днепра, Ламы, Сходни, Клязьмы, Яузы, позволили с помощью волоков вести довольно оживленную хозяйственную деятельность проживающих здесь народов. Как добраться, например, во Владимир? По Днепру и Десне поднимались на ладьях, затем ставили корабли на колеса: под корпус корабля подводили две пары катков и закрепляли их на корме и носу. По специальным сходням вытаскивали его на берег, а затем катили ладью по бревенчатому настилу или по твердой земле до реки-Москвы, по которой спускались до места впадения реки Всходни в Москву-реку. На реке Ламе новгородцы основывают город Волок-на-Ламе, чтобы контролировать часть торгового пути из Новгорода на Оку и Волгу. Волоколамск в летописях упоминается уже в 1135 году.

Примерно в 970-980 годах в устьях рек Барышихи и Всходни образуется поселение Коробово, от которого начиналось восхождение торговых караванов по реке Всходне к Волоку-Ламскому, где после трудного плавания останавливался на отдых купеческий, служивый и прочий люд, готовились к сухопутному «переволоку», и платили за людей и товары дань — «мыт». Уплатив «мыт», путешественники получали кров, провизию, охрану грузов, часть которых выгружали на берег для продажи, а хранили его тогда в берестяных коробах. Иногда приходилось выгружать весь товар, если ладья требовала ремонта. И селение еще издали выделялось «горами» белых берестяных коробов — вот и Коробово — предок селенья Тушино. Было это, как уже говорилось, в 970-980 годах, то есть Коробово-Тушино старше Москвы на целых 170 лет. Отдохнув и погрузив свой товар вновь на корабли, купцы и дружинники плыли вверх по течению — — «всходили» по реке Всходне до переволока в реку Клязьму (теперь это вблизи станции Сходня-Подрезково Ленинградской железной дороги) , «волочили» ладьи в реку Клязьму, по которой плыли вниз до города Владимир.

«Итак, — подчеркивает И. Е. Забелин, — в незапамятное для письменной истории время, в верстах двадцати от теперешней Москвы, создавалось гнездо промысла и торга, где в последствии мог возникнуть тот самый город, который мы именуем Москвою. И надо сказать, что если бы в этом всходничьем месте расселился со временем большой город, то Москва, быть может, предоставила бы еще больше местной красоты и различных удобств для городского населения». Да видно судьба была у Коробова такова, что не бывать ему столицей, хотя во времена Лжедмитрия II побывало Тушино столицей земель, признавших его царем. Отсюда и пошло крылатое выражение «тушинский вор».

II. И стало КОРОБОВО зваться ТУШИНО.

Так уж устроена жизнь, что летопись отмечает только те населенные пункты, которые являются резиденцией правителей, или места жестоких битв. И хотя Коробово играло немалую роль в судьбе торгового и служивого люда, в летописях оно не упоминалось до 1332 года. Связано это со временем правления Великого князя Иоанна I Даниловича, прозванного Калитой (1328-1340 гг.). Несмотря на утверждения летописцев, что с приходом Иоанна на престол великого княжения мир и тишина воцарились в Северной Руси, Великому князю Московскому Иоанну I и повоевать пришлось немало, и нередко подкуп и коварство пускать в ход, чтобы утвердить Москву главою Руси. Самое жестокое противоборство пришлось ему преодолеть в соперничестве с Тверскими князьями, которые также стремились стать во главе городов русских. Летопись сообщает, что в битве с тверским князем Александром Михайловичем в 1332 году у города Переяславля московские войска терпели поражение, да и самому Калите грозило пленение. От поражения и плена спас Московского князя воевода Радион Несторович Рябец со своей дружиной. За свое спасение Иоанн Калита жалует Радиона Несторовича Рябца сельцом Коробово и «областью вкруг реки Всходня на пятнадцать верст». Наступает момент стать сельцу Коробово — селом Тушино.

Один из авторов утверждает, что Коробово стало Тушино в силу владения селом воеводы Тушина, не рассматривая истоков этой фамилии. Однако, более вероятна следующая версия. Упомянутый выше Радион Несторович Рябец был сыном боярина Нестора Рябца, пришедшего из Галицкой земли в 1300 году со своей дружиной (1500-1700 человек) на службу к московскому князю Даниилу Александровичу, младшему сыну Александра Невского. Даниил встретил его ласково, пожаловал боярство и дал в удел Волок-Ламский и прочие вотчины. Сын Нестора — Радион, награжденный Иваном Калитой сельцом Коробово, оставляет его своему сыну Ивану Радионовичу, который за рыхлость тела был прозван — «квашней». Это прозвище перешло в фамилию бояр Квашниных.

Иван Квашнин участвует в 1380 году в Куликовской битве, служит воеводой в Костроме. В честь победы на Куликовом поле Иван Квашнин в 1390 году при впадении Сходни в Москва-реку заложил Спасо- Преображенский мужской монастырь, где и был похоронен после смерти. Иван Квашнин успел воспитать трех сыновей, двое из которых стали родоначальниками бояр Квашниных. Третий сын — Василий Иванович Квашнин отличался отменным ростом и толщиной, за что и был прозван «Туша», ему и достались в наследство сходнеские наделы. Но, как и в случае с фамилией Квашнины, вышедшей из прозвища — «Квашня», Василий Иванович Квашнин стал Василием Ивановичем Тушиным, его потомки — боярами Тушиными, а село Коробово — Тушино.

Бояре Тушины были воеводами в Себеже, Ивангороде, Пронске и Костроме. В летописях упоминается, что в 1536 году селом Тушино владеет храбрый воевода Тушин. Последним в летописях упоминается боярин Ждан Тушин, который был послом Ивана Грозного при дворе германского императора Рудольфа и датского короля Христиана.

К 1570 году, во времена правления Ивана Грозного, мужская линия рода Тушиных внезапно обрывается. Может быть, это явилось следствием репрессий царя. В это время дочь последнего боярина Тушина — княгиня Теляковская — все свои наследственные владения передает в Спасо- Преображенский монастырь «на помин усопших отца своего и брата Тушиных», а сама постриглась в монахини.

Итак, за свою тысячелетнюю историю славянское поселение на реке Сходня (Всходня) 420 лет носило имя Коробово и вот уже 597 лет носит имя ТУШИНО.

III. ТУШИНО столица земель ЛЖЕДМИТРИЯ II.

В истории Руси 1605-1613 годы принято называть смутным временем. И, как не печально, но именно в эти годы село Тушино приобрело европейскую известность, став столицей русских земель, захваченных самозванцем Лжедмитрием II.

«Тушинский вор» — Лжедмитрий II — был ставленником шляхетской Польши и Ватикана. Он объявился 1 августа 1607 года в городе Стародубе. «Настоящее имя его неизвестно. Одни называли его поповичем от Знаменья на Арбате, другие — сыном Курбского, третьи — Андреем Нагим». «Путивль, Чернигов, Новгород-Северский, едва услышав о прибытии нового царевича Дмитрия и еще не видя польских знамен, спешили изъявить ему свое усердие и дать воинов «. Тех жителей, которые не признавали нового «царика», сжигали.

Самозванец шел, оставляя за собой покоренные города: Брянск, Белев, Козельск, Болохов. Вся Южная Россия от Десны до устья Волги признала царем мнимого Дмитрия. 15 декабря 1607 г. он взял Орел. 1 июня 1603 года Лжедмитрий II с польскими и казацкими отрядами расположился в Тушине, в 12 километрах от Москвы, думая, что одним своим присутствием он сможет взволновать Москву и свергнуть Василия Шуйского. Самозванец имел в своем распоряжении 15 тысяч поляков, 13 тысяч запорожских казаков, 15 тысяч донских казаков войск Болотникова, 50 — 60 тысяч российских изменников.

Происходившие между речками Ходынкой, Всходней и Химкой битвы не приносили успеха ни одной из сторон. «В Тушино осаждающие стали укрепляться, строить дома, для чего свозили лес и избы из соседних деревень. Образовался целый город — большое предместье Москвы. Возник оживленный торжок, куда приезжали с товарами и продовольствием даже торговые люди из Москвы. » (Устрялов, «Памятники древней письменности») . В Тушино был свой царь — Лжедмитрий II, своя боярская дума, свои приказы. И если Москва владела востоком и севером страны, то власть самозванца распространялась на весь запад и юг. Историк Н. М. Карамзин дает такое описание Тушинскому лагерю: «Тушинский стан — царство беззакония, действительно подобный городу разными зданиями, купеческими лавками, улицами, площадями, где толпилось более 100000 разбойников, обогащаясь плодами грабежа; где каждый день с утра до вечера казался праздником грубой роскоши: вино и мед лились из бочек, мяса, вареные и сырые, лежали грудами, пресыщая людей и псов, которые вместе с изменниками стекались в Тушино». (Карамзин. Сочинения. т. XII, стр.128).

В самой Москве плодились так называемые перелеты. «Торговый человек, желая стать дворянином, дворянин — получить поместье или боярство, бежали из Москвы в тушинский стан и здесь присягали Лжедмитрию, а получив от него желаемое, возвращались в Москву и здесь притворным покаянием вымогали себе новые награды».

«Не сумев взять Москвы и Троице-Сергиевой лавры, Лжедмитрий II посылает отряды с изменниками-русскими и поляками к Суздалю, Владимиру и другим северным городам. Город за городом сдавались Лжедмитрию: Владимир, Углич, Кострома, Галич, Вологда и другие «.

Миновал 1608 год, самозванец по-прежнему стоял в Тушино. Против «тушинского вора» выступил польский король Сигизмуд, пожелавший посадить на московский престол своего сына Владислава. Да и Русь поднялась на защиту своего Отечества. 26 августа 1610 года Лжедмитрий II с небольшим отрядом татар, казаков и немногих изменников покинул тушинский лагерь. На этом злоключения Тушино не закончились. В 1618 году польские войска во главе с претендентом на русский престол королевичем Владиславом подошли к Москве, но захватить ее не смогли. Поляки отошли в Тушинский лагерь, но, простояв здесь некоторое время, видя бесполезность своих усилий, отошли к Смоленску. Тушинский лагерь пришел в запустение. Спасо-Преображенский монастырь был ограблен и осквернен: в его церкви Андрея разместили конюшню.

Убегая из лагеря, гетман Рожинский приказал зажечь лагерь со всех концов. Был летний, сухой и ветреный день. Бушующее пламя всЈ уничтожило. Только земляной вал, да польские могилы остались немыми свидетелями былого могущества Тушинского лагеря.

В конце XIX века и начале ХХ века в районе сел Тушино, Спас, Петрово, а также при постройке железной дороги Москва-Ржев велись археологические раскопки под руководством инженера В. М. Политковского (научное руководство осуществлял академик Забелин). В результате раскопок Политковский собрал около 560 предметов, оставшихся от лагеря «тушинского вора». Найдены были ружья, копья, зазубренные клинки, ядра — все польского изготовления. Кроме того, топоры, молотки, серпы, косы, печные изразцы, большое количество польских монет XV-XVI веков, а также монеты отлитые на Тушинском монетном дворе. Почти все найденные предметы были обгорелыми, что подтверждало версию сожжения тушинского лагеря поляками.

IV. От революции до наших дней.

Проследим динамику роста деревни Тушино и близлежащих сел. В записях конца XIX века сообщается, что в 1885 году Тушино — сельцо Московской губернии и уезда, в нЈм 88 дворов и 567 жителей. В селе на мосту через Сходню застава со шлагбаумом, при переезде через мост берется пошлина в 1 коп. с человека с товаром и 5 коп. с каждого воза. В 1902 году в Тушино уже проживало 1200 жителей. В селах, вошедших позже в город Тушино, проживало:
— в селе Захарково 434 жителя;
— в селе Алешкино 191 житель.

Жители занимались в основном извозом и сельским хозяйством. В селе Спас, позже также вошедшем в поселок Тушино, на фабрике В. Сувирова по выработке тонких сукон работало 370 рабочих. С 1929 года — это «Тушинская чулочная фабрика». После 1919 года деревня Тушино со своими 1374 жителями и тремястами хозяйствами вошла в Ульяновскую волость Московского уезда, а с 1922 г. — в Павшинскую волость. Близился звездный час бурного роста села, связанного с развитием советской авиации. «В Советской России происходит нечто невероятное, — писала английская газета «Таймс». — Страна покрывается сетью аэродромов, планерных станций». В 1928 г. по соседству с деревней Тушино на пойменном лугу была открыта летная школа Осоавиахим с небольшим аэродромом. Рядом с ним строится в 1930 г. планерный завод, освоивший серийный выпуск летательных аппаратов. Растет потребность в создании специализированного парка пассажирских и транспортных самолетов. В 1931 г. рядом с деревнями Захарково и Алешкино строится аэродром ГВФ, а весной 1932 г. развернулось строительство авиамоторного завода у железнодорожной станции Тушино — знаменитый завод «Красный Октябрь». В летописи завода можно проследить историю развития отечественной авиации, поскольку коллектив стоял у истоков выпуска авиадвигателей для многих самолетов («Сталь-2», «Пе-8», «Ла-15», «Миг- 29», «Ил-28» и многих-многих других) . На этом заводе начинал свою трудовую жизнь прославленный вратарь Лев Яшин, работая в инструментальном цехе с 1943 г. по 1949 г. Ближе к аэродрому ГВФ строится авиационный завод (ТМЗ) . Для выполнения огромной работы, связанной со строительством, создается специализированная организация — — «Тушинская стройка», объединившая несколько тысяч рабочих. Работы начались весной 1932 г., а через три с половиной месяца были возведены пятиэтажные корпуса авиационного завода. В 1933 г. вступил в строй авиамоторный завод, выпускавший моторы и для Тушинского авиационного завода.

В связи с развернувшейся в стране работой по подготовке из среды молодежи летчиков, планеристов, парашютистов Осоавиахим в 1931 г. принял решение о создании собственного аэродрома и Центрального аэроклуба. Их создают в Тушино, где уже действовала летная школа. Только за шесть предвоенных лет Центральный аэроклуб подготовил: 4600 парашютистов-спортсменов, 3000 летчиков, 700 парашютистов. В 1937 г. в Захарково был организован учебный центр летчиков полярной авиации. На Химкинском водохранилище были созданы причалы для самолетов-амфибий. Летчики полярной авиации пользовались особым почетом в стране. Страна осваивала Северный морской путь. Предполагалось открыть в Тушино и дирижаблестроительный учебный комбинат — ДУК. Он был открыт в 1934 г. Одно время на нем работал известный конструктор дирижаблей Умберто Нобиле (1932-1936гг.).

Шестьдесят лет исполнится в 1997 г. со дня пуска в эксплуатацию знаменитого канала Москва-Волга, ныне канал имени Москвы. Необходимость строительства канала в начале тридцатых годов не вызывала сомнений. Столица нуждалась не только в воднотранспортной магистрали, но перед ней остро стоял вопрос водоснабжения.

Строительство канала Москва-Волга началось в 1932 г., продолжавшееся менее 5 лет. По объему работ и инженерной сложности он занимает одно из достойных мест в грандиозных стройках первых пятилеток. Все оборудование для канала было изготовлено на отечественных предприятиях. Сложная гидротехническая система, протянувшаяся на 128 км. от пристани Большая Волга до места слияния с Москвой-рекой в районе Щукино. Ежегодно на нужды Москвы из канала поступает 2, 5 кубических километра воды, покрывая 50-60% потребностей.

Одним из важных участков строительства канала являлось создание Химкинского водохранилища, где предстояли огромные земляные работы по подготовке русла, созданию огромной подпорной плотины высотой 33 метра и длиной более полутора километров, мощных шлюзов, обеспечивающих спуск судов из водохранилища в русло Москвы-реки, деривационного канала для сброса воды из Химкинского водохранилища в Сходню. Уровень Химкинского водохранилища на 36 метров превышает уровень Москвы-реки. Для спуска судов в 1935-1936 гг. были построены два двухкамерных шлюза, расположенных один за другим, N7 и N8, самые большие на канале, имеющие по шесть башен управления. Их архитектурное решение также достойно того грандиозного времени. Архитектор Кринский, по проекту которого они созданы, был соавтором проекта Северного Речного вокзала.

Вода в канале движется не самотеком, а поднимается вверх на 38 метров по сравнению с Волгой. Это обеспечивается работой пяти насосных станций, распределенных по всей длине канала. Максимальная высота достигается на участке от поселка Икша до шлюза N7, расположенного на выходе из Химкинского водохранилища. Далее вода опускается до уровня Москвы-реки по «Тушинской лестнице шлюзов» и по деривационному каналу через Сходненский гидроузел в реку Сходня. Система управления водными потоками на канале полностью автоматизирована, что облегчает координацию работы гидросооружений, обеспечивая содержание канала в строгом соответствии с заданными характеристиками по глубине (минимальная глубина 4, 5 метра) и ширине. В районе пересечения канала с Волоколамским шоссе создан уникальный транспортный узел, где можно увидеть движение транспорта на трех уровнях: вверху Рижская железная дорога, под ней находится шлюзовая камера канала с семиметровым слоем воды, а под каналом — автомобильный и трамвайный туннели. Уже в предвоенные годы город Тушино (оно стало городом в 1938г.) рассматривался как составная часть будущей Большой Москвы. Проект его застройки был включен в Генеральный план реконструкции и развития Москвы, опубликованным в 1938г. в книге «Москва реконструируется».

V. ТУШИНЦЫ в годы Великой Отечественной войны.

В первый месяц Великой Отечественной войны наряду с призывниками ушли в армию сотни добровольцев, несмотря на бронь, которую давали тушинские оборонные предприятия. Тушинцы в составе Красногорского батальона 18-й дивизии народного ополчения Ленинградского района приняли первый бой в верховьях Днепра. В конце ноября 1941 г. они держали оборону на последнем рубеже перед Москвой, на участке между Волоколамским и Пятницким шоссе в районе селений Нефедьево, Дедово, Бакеево. С этих рубежей в декабре 1941 г. вместе с войсками они перешли в наступление. Одной из добровольцев была Герой Советского Союза летчица Клавдия Яковлевна Фомичева, в честь которой носит имя улица, где стоит наша школа.

В июне 1943 г. было принято решение о выводе Тушино из состава Красногорского района и предоставления ему статуса города областного подчинения.

VI. Послевоенные годы.

В первые послевоенные годы Тушинские предприятия включились в трудную работу по восстановлению разрушенного хозяйства. И к моменту вхождения Тушино в Москву в 1960 г., в городе насчитывалось 67 улиц, 60 садов и парков, 14 школ, 2 техникума, 1 институт — филиал МАИ. Население города составляло в 1960 г. 95 тысяч человек. На территорию Тушино из центра были выведены НИИ: строительного и дорожного машиностроения, филиала Гидропроекта, автомобильного транспорта, астрофизики, Академия коммунального хозяйства.

Производственное объединение имени Чернышова («500-й завод») с 1947 года перешло на выпуск реактивных двигателей, а Тушинский машиностроительный завод в 1983-1992 годах освоил производство отечественного космического летательного аппарата (типа Shuttle) «Буран». Бурное жилищное строительство последних лет и решение транспортных проблем с вводом Краснопресненского радиуса метро, благополучная экологическая атмосфера способствовали увеличению числа жителей до 210 тысяч. В Северном Тушино живет 120 тысяч и в Южном — 90 тысяч. Итак, если за 20 лет с 1885 г. по 1905 г. число жителей Тушино увеличилось с 567 человек до 1200, с 1905 г. по 1938 с 1200 жителей до 40 тысяч, то за 50 последних лет с 40 тысяч до 210 тысяч.

VII. Имена УЛИЦ, на которых мы живем.

Школа наша имеет адрес: 123481, Москва, улица Фомичевой, д. 5/1. На десять лет она становится родным домом для детей с улицы Фомичевой, Химкинского бульвара, Планерной улицы, бульвара Яна Райниса, улицы Героев Панфиловцев. Что говорят нам эти имена?

Улица Клавдии Фомичевой названа в честь Героя Советского Союза командира эскадрильи бомбардировщиков Клавдии Яковлевны Фомичевой. Она родилась в год Октябрьской революции — 1917, умерла в 1958 году, прожив прекрасную жизнь и посвятив ее делу служения Родине. Красавица- девушка приходит в 1936 году в школу планеристов при аэроклубе Осоавиахима, который находился и находится на Тушинском аэродроме. ее всегда манило небо, а в Советской стране можно было осуществить любую самую дерзкую мечту. В 1938 году она заканчивает школу летчиков- инструкторов и остается работать в аэроклубе. И как только на нашу страну нападают фашисты, она уходит добровольцем на фронт, став командиром звена бомбардировщиков ПЕ-2. За годы войны она была дважды ранена, но после лечения снова возвращалась в строй. В августе 1945 года ей присвоено звание Героя Советского Союза. Из армии К. Фомичева ушла в звании подполковника.

Улица Героев Панфиловцев названа в 1966 году в честь доблестных воинов 8-й гвардейской стрелковой дивизии имени Героя Советского Союза генерл-майора Ивана Васильевича Панфилова. Воины этой дивизии ценой своих жизней закрыли врагу дорогу к Москве. На этой улице сооружен памятник в честь стойкости и мужества воинов дивизии. Памятник стал эмблемой всего Северо-Западного административного округа. Химкинский бульвар получил свое имя в силу своего начала, идущего от просторной глади Химкинского водохранилища, воды которого собраны из вод перекрытой в 1932 году плотиной реки Химки в районе Лодочной улицы (за кинотеатром «Метеор») , и прошедшей через каскад водохранилищ и шлюзов вод Волги, после завершения строительства в 1937 году канала Москва-Волга (сегодня это канал имени Москвы) . Химкинское водохранилище позволило Москве стать портом пяти морей, а также решить проблему питьевой воды, стать местом отдыха жителей близлежащих районов.

Химкинский бульвар у кинотеатра «Балтика» переходит в бульвар Яна Райниса, получившего свое название в 1964 году, в честь великого латышского поэта, переводчика, философа — Яна Райниса (1865 — 1929). Он перевел на латышский язык произведения Пушкина, Гете, Шиллера, в 1900 году опубликовал перевод «Песни о Соколе» Горького. Улица Планерная получила имя в 1966 году, отразив тесную связь микрорайона Тушино с Центральным аэроклубом имени Чкалова, в котором готовят инструкторов планеристов для всей страны. Улица Сходненская, проходящая от кинотеатра «Балтика» до реки Сходня, где на ней стоит электростанция, носит имя этой реки.

И наконец, главная улица Тушино — улица Свободы, пересекающая всЈ Тушино — от путепровода под шлюзами канала до Московской кольцевой автодороги, названная так во времена строительства канала имени Москвы. Этот рассказ, но с картинками Вы сможете увидеть в WWW по адресу: www.school.edu.ru/sch172/tushino/

С уважением, Школа 172 Москва * Moscow School 172 http: //www.school.edu.ru/sch172/ E-mail: sch172@sch172.msk.ru

© я рославский областной Центр Дистанционного Обучения школьников, 1998
© Дизайн — Булатов Владимир, 1998

ЛЖЕДМИТРИЙ II

(† 11.12.1610, близ Калуги), самозванец, после смерти Лжедмитрия I (17.05.1606) выдавший себя за царевича св. Димитрия Иоанновича, сына царя Иоанна IV Васильевича (см. также ст. Смутное время). По свидетельству Баркулабовской летописи и ряда др. источников, он был учителем в школе на территории Вост. Белоруссии (в Шклове или в окрестностях Могилёва). Был объявлен «царем Дмитрием» в июле 1607 г. В движении Л. объединились 2 силы — служилые люди окраин России (первоначально южных) и отряды вооруженной польско-литовской шляхты, оказавшиеся не у дел по окончании гражданской войны в Польско-Литовском гос-ве. Главными фигурами лагеря Л. на 1-м этапе его движения стали атаман И. М. Заруцкий и ротмистр Н. Меховецкий. Власть Л. распространилась на Северскую землю, осенью 1607 г. его войска захватили Брянск. Армия Л. постепенно пополнялась отрядами казаков, остатками сражавшейся в Туле армии И. И. Болотникова, новыми отрядами наемных войск из Речи Посполитой. Весной 1608 г. эти отряды возглавил видный представитель укр. знати кн. Р. К. Ружинский, который стал гетманом Л. В сражении под Болховом 30 апр.- 1 мая 1608 г. войска Л. разбили армию царя Василия Иоанновича Шуйского, потерявшего все запасы и артиллерию. После этого вооруженные силы Л. двинулись на Москву, к к-рой подошли в нач. лета 1608 г. Резиденцией Л. стало подмосковное с. Тушино. На р. Ходынке вблизи от Тушина 25 июня 1608 г. произошло сражение, в к-ром армия Василия Шуйского снова потерпела поражение. Теперь войска Л. прочно обосновались под Москвой и пытались блокировать столицу. Начались отъезды детей боярских из Москвы в Тушино. В июле-авг. 1608 г. на сторону Л. перешел ряд городов на северо-западе — Вел. Луки, Торопец, Белая, в сент. за ними последовал один из главных центров региона — Псков. Осенью 1608 г. в результате похода к Троице-Сергиеву мон-рю (см. Троице-Сергиева лавра) одного из гетманов самозванца Я. П. Сапеги на сторону Л. перешли Переславский, Юрьевский, Суздальский уезды. Затем, после взятия отрядами Л. Ростова, приняло присягу население Владимира, Ярославля, Романова, Углича, Костромы, Вологды. Наконец, тогда же, осенью 1608 г., власть Л. признали Муром, Арзамас, Балахна, Гороховец, затем власть Л. распространилась на Ср. Поволжье; Н. Новгород оказался в блокаде. Достигнутые успехи лишь отчасти объяснялись хорошей боевой подготовкой наемного войска Л. Для мн. детей боярских не только окраин, но отчасти и центра России переход на сторону самозванца обещал приобретение как земельных владений, так и чинов, должностей, на к-рые они не могли рассчитывать при сохранении традиц. порядка. Отсюда массовый переход дворянства мн. регионов на сторону Л.

Положение на землях, оказавшихся под властью Л., было существенно различным, что определялось присутствием (или отсутствием) на них наемного польско-литов. войска, размеры к-рого росли по мере притока все новых военных отрядов. К нач. 1610 г. в этой армии насчитывалось 10 тыс. чел., в подавляющей части конных воинов. По размерам наемному войску лишь немного уступали отряды казаков, численность к-рых также росла. Если в Северской земле или на северо-западе таких войск не было, то в Подмосковье, вокруг Тушина, стояли крупные военные силы, еще одна армия во главе с гетманом Сапегой осаждала не желавший подчиниться Л. Троице-Сергиев мон-рь. Наемное войско, заинтересованное прежде всего в собственном обогащении и готовое всеми доступными способами добывать средства на свое содержание, скоро стало настоящим бедствием для всех территорий, на которые распространялось его воздействие. Так, довольно скоро стали возникать основания для конфликта между этим войском и населением центра России.

В грамотах, рассылавшихся по стране, правительство Василия Шуйского обвиняло сторонников Л. в том, что они хотят «злую проклятую латынскую веру утвердити», рус. людей «в латынскую веру превратити» (Русский архив. 2012. № 116, 125 и др.), но эти обвинения не имели под собой оснований. Наемные войска Л., среди к-рых было немало правосл. «русских» жителей Речи Посполитой, волновала прежде всего возможность обогащения, а что касается самозванца и его рус. окружения, они явно стремились привлечь правосл. духовенство на свою сторону. Так, известно, что, когда Л. еще находился на юге, он пожаловал Никольскому жен. мон-рю в Путивле с. Холопково в Новгород-Северском у. и озеро (Там же. № 100). К сожалению, этим исчерпываются сведения об отношениях Л. с духовенством Северской земли, являвшейся его опорой на протяжении всего правления.

Имеющиеся свидетельства, гл. обр. из архива гетмана Сапеги, характеризуют отношения Л. с духовенством ряда территорий Замосковного края, к-рые перешли под власть Л. после осады его войсками Москвы. Октябрем 1608 г. датируется ряд коллективных заявлений населения Суздаля, Ярославля, Вологды о признании Л. В составлении заявлений участвовало и духовенство во главе с местными архиереями — Суздальским и Вологодским архиепископами (Там же. № 289, 332, 347). В отличие от названных городов Ростов оказал сторонникам Л. сильное сопротивление и был взят штурмом, при этом были разграблены храмы, разломана на части золотая рака свт. Леонтия, а митр. Филарет (Романов) был силой увезен в Тушино (Там же. № 265). В Москве Филарета считали «пленником». Очевидно, он им был какое-то время, однако не позднее янв. 1609 г. между ним и Л. было заключено соглашение, по к-рому Филарет стал «нареченным патриархом» — главой правосл. духовенства во владениях Л. (Там же. № 12, 80). Соглашение не было формальностью. Сохранился документ, содержащий сведения о распоряжениях Филарета как «нареченного патриарха» протопопу Моисею в Юрьеве-Польском освятить храм Благовещения в киржачском в честь Благовещения Пресвятой Богородицы монастыре. Грамоту скрепил дьяк Филарета Г. И. Терпигорев (Там же. № 80). Т. о., Филарет как «нареченный патриарх» распоряжался на землях Патриаршей области, оказавшихся под властью Л.

Как и Филарет, был взят в плен войсками Л. Коломенский еп. Иосиф, но воеводам Шуйского удалось его освободить. По-видимому, в качестве пленника находился в Тушине Тверской архиеп. Феоктист, он был убит при попытке к бегству. В этих чрезвычайных обстоятельствах опустевшие епископские кафедры оставались незанятыми. Однако не всегда. 24 авг. 1608 г. умер Псковский архиеп. Геннадий. В грамоте Л. псковичам от окт. 1610 г. упоминается Псковский архиеп. Иосиф, к-рый должен был огласить его грамоту (АИ. Т. 2. № 305). Т. к. вскоре после смерти Геннадия Псков перестал подчиняться Василию Шуйскому и держался Л. до самой его смерти, то очевидно, Иосиф был поставлен на кафедру «нареченным» патриархом Филаретом.

Часть правосл. духовенства (достаточно многочисленная), к-рая на землях исторического центра гос-ва подчинилась власти Л., стремилась получить от монарха гарантии сохранения своего имущества и владений. Чтобы добиться этих целей, власти обителей направляли в Тушино посольства с подарками. Так поступили в окт. 1608 г. власти костромского Ипатиевского во имя Святой Троицы и ярославского в честь Преображения Господня монастырей (Русский архив. 2012. № 206, 342). В нек-рых случаях, по-видимому, удавалось добиться получения гарантий. Так, в челобитной властей ярославского Спасского мон-ря от янв. 1609 г. упоминается о наличии в мон-ре жалованной грамоты, «что в монастырскую в спасскую вотчину литовским и русским всяким людем не въезжати и кормов никоторых не имати» (Там же. № 355).

В грамотах, оформлявших подчинение населения отдельных территорий власти Л., содержались обещания различных благ. Духовенству, в частности, самозванец обещал выдать «тарханные грамоты, что с вас наших царских податей никоторых имати не велим» (Там же. № 290, грамота в Суздаль). Действительность оказалась существенно иной. Церковные земли, как и др. владения, должны были не только выплачивать высокие налоги, но и отдавать большое количество «столовых и конских кормов» на содержание войска. Уже это создавало для них немалые затруднения, особенно когда кормы сопровождались постоем в обители крупных военных отрядов, как это было в ростовском Борисоглебском на Устье монастыре, когда служившие Л. романовские татары поселились в кельях, выгнав оттуда монахов (Там же. № 279).

Бедствия усугублялись грабежами, к-рые чинили отряды «загонных людей» — присоединившихся к армии Л. ради наживы казаков, «пахолки» — слуги польск. наемников. Их посылали для сбора продовольствия, и они стремились обогатиться на свой страх и риск. Эти люди не останавливались перед ограблением храмов. В кон. 1609 г. духовенство Юрьева-Польского писало в челобитной: «Церкви Божии разорены, Божие милосердие, образы, ободраны и переколоты» (Там же. № 324), ср. в др. документе: «Образы колупают и оклады и кузнь снимают» (ААЭ. Т. 2. № 102). Мон-ри искали защиты у Л., и тот готов был такую защиту оказать. Так, 29 нояб. 1608 г. в ответ на жалобы обителей в Переславле-Залесском Л. предписывал, чтобы гетман Сапега с монастырских владений «кормов своих и конских имати не велел. в загон в их вотчины. въезжати не велел» (Рус. архив. 2012. № 8). Аналогичная грамота касалась владений Евфимиева суздальского в честь Преображения Господня монастыря (Там же. № 20). Однако и сами наемники, и их предводители не хотели считаться с такими распоряжениями. Характерно, что когда Л. выделил Марине Мнишек Александрову слободу и др. земли, то «рыцарство» не проявило никакого желания отказаться от доходов с этих земель (Там же. № 28). Сборами и грабежами дело не ограничилось. Так, «слуги» переславль-залесских обителей должны были участвовать в осаде Троице-Сергиева мон-ря (Там же. № 235).

С самого начала на землях, занятых войсками Л., мн. крупные обители отказались подчиняться его власти. В их числе был Троице-Сергиев мон-рь, к-рый гетманам Л. не удалось взять, несмотря на все усилия. Осада Иосифова Волоколамского (Волоцкого) в честь Успения Пресвятой Богородицы монастыря продолжалась с авг. 1608 по окт. 1609 г. В грамоте Василия Шуйского, отправленной в Кириллов Белозерский в честь Успения Пресвятой Богородицы монастырь 18 авг. 1609 г., отмечалось, что из мон-ря «по городом о крепленье писали и многие места укрепляли» (ААЭ. Т. 2. № 138).

Тяготы, которые под властью Л. испытывало правосл. духовенство центра России, не в меньшей, а, вероятно, и в большей степени несли и др. слои общества, в т. ч. и хотевшие делать карьеру при Л. дети боярские: они теряли возможность пользоваться доходами от своих владений; не могли они располагать и пожалованиями самозванца, т. к. в соответствующих владениях распоряжались офицеры наемного войска. Неудивительно, что уже в кон. 1608 г. в сев. части Замосковного края началось стихийное восстание против Л. и его войска. До выступления против тушинцев войск правительства Василия Шуйского восстали Галич, Тотьма, Кострома, Вологда, затем к ним присоединились Муром, Романов, Ярославль, Углич и др. города. В движении приняли участие представители разных слоев населения. В кон. 1608 — нач. 1609 г. начались карательные походы тушинцев против восставших. Однако прочно утвердить свою власть на этих землях Л. не удалось. В первые месяцы 1609 г. здесь постоянно вспыхивали мятежи. Одним из главных центров сопротивления весной 1609 г. стал Ярославль; важным узлом обороны был Спасский мон-рь: тушинцы, разорившие ярославский посад, так и не смогли захватить обитель.

Значительными особенностями отличалось положение во Пскове. Здесь не было наемного войска Л., и следов., не действовали те факторы, которые побуждали население центра России выступать против самозванца. Власть в городе находилась в руках посадской общины, к-рая упорно держалась Л., опираясь на местных стрельцов. Псковское духовенство, как следует из псковских повестей о событиях Смуты, постоянно добивалось возвращения Пскова под власть Василия Шуйского. Опасавшиеся репрессий дети боярские — сторонники царя Василия — находили убежище в Псково-Печерском в честь Успения Пресвятой Богородицы монастыре.

В лагере Л. находились и католич. духовные лица из Речи Посполитой, один из них заключил тайный брак между самозванцем и Мариной Мнишек. В ставке Л. на юге нек-рое время находился католич. миссионер — д-р богословия Викентий из Львова. Благодаря его хлопотам перешел в католичество гетман кн. Ружинский. В нач. 1609 г. была предпринята попытка установить контакты между тушинским лагерем и Римом. Марина Мнишек отправила письмо папе с просьбой о благословении, одновременно она попыталась установить связь с папским нунцием в Польше. Тогда же к папе обратился и Ружинский с сообщением о своем переходе в католичество и с просьбой о благословении. Сам Л. к папе не обращался. Ответа на письма не последовало. К этому времени Римская курия уже поддерживала планы подчинения России власти польск. кор. Сигизмунда III.

Положение тушинского лагеря ухудшилось весной 1609 г., когда из Новгорода против тушинцев выступила армия во главе с родственником царя М. В. Скопиным-Шуйским, в составе армии было союзное швед. войско. Тогда же на соединение с этой армией направились отряды из Смоленска. В результате значительная часть территорий на северо-западе оказалась очищена от тушинских войск. Начались бои войск самозванца с армией Скопина-Шуйского, двигавшейся к Москве с запада, и армией Ф. И. Шереметева, сражавшейся с тушинцами на землях Ср. Поволжья.

В сер. июля 1609 г. произошло 1-е крупное сражение армии Скопина-Шуйского с тушинцами, к-рое закончилось освобождением Твери. Т. к. в тушинской армии решительно преобладали наемники, не останавливавшиеся перед разграблением обителей и храмов, военные действия стали приобретать характер войны за веру. Вологжанам, выступившим на помощь Скопину-Шуйскому, чудесно явился небесный покровитель города — прп. Димитрий Прилуцкий. Большие бои развернулись осенью 1609 г., когда из тушинского лагеря бросили новые силы, чтобы остановить армию Скопина-Шуйского. Оставшись без поддержки, тушинцы в Ср. Поволжье потерпели поражение в борьбе с армией Шереметева, к-рая стала двигаться к Владимиру и Суздалю. В сент.-окт. 1609 г., двигаясь к Москве, армия Скопина-Шуйского заняла Переславль-Залесский, затем Александрову слободу; была оказана помощь осажденному Троице-Сергиеву мон-рю.

Положение тушинского лагеря осложнилось после начала польско-литов. интервенции и прихода кор. Сигизмунда III с войском под Смоленск. Л. неоднократно предпринимал попытки установить связь с королем, но они были безрезультатными. В Речи Посполитой его последовательно квалифицировали как самозванца, не имеющего прав на рус. трон. Вступая в войну, одной из целей к-рой было подчинить Россию своей власти, правящие круги Польско-Литовского гос-ва считали важным делом переход на королевскую службу наемных войск Л. Этой цели должно было достичь посольство, отправленное из лагеря под Смоленском в Тушино 2(12) нояб. 1609 г. Др. задачей посольства было добиться, чтобы «московские люди» в Тушине стали искать соглашения с польск. королем. Прибыв в Тушино, королевские послы, игнорируя Л., вступили в переговоры с наемным войском о его переходе на королевскую службу. Не ожидая окончания переговоров, 27 дек. 1609 г. Л. бежал в Калугу. Вскоре после этого тушинский лагерь распался и Москва была освобождена от осады. Началась война между королевской армией и населением тех владений, к-рые продолжали признавать власть самозванца. Посланные из-под Смоленска войска заняли Стародуб, Чернигов, Новгород-Северский.

В Калуге Л. заявил, что поляки хотели схватить его и отвезти к королю под Смоленск, он клялся, что будет защищать Русскую землю и правосл. веру, и был хорошо принят калужанами. Значительная часть территории, ранее подчинявшейся Л., продолжала признавать его власть — не только Северская земля, но и Псков и ряд новгородских пригородов, некоторые земли в Поволжье. Часть людей, находившихся в Тушине (дети боярские, донские казаки, татары), во главе с кн. Д. Т. Трубецким в кон. янв.- нач. февр. 1610 г. ушли в Калугу. На службу к Л. пошла часть наемного войска во главе с Сапегой, в июне 1610 г. поселившаяся на Угре.

Войска самозванца предпринимали крупные военные операции, в частности на территории Северской земли. Служилые люди из Новгорода-Северского снова перешли на сторону Л., состоялся их поход из «верховских» городов и городов Северской земли на Стародуб, где был уничтожен польск. гарнизон. Летом 1610 г. армия Василия Шуйского потерпела поражение в битве с польск. армией. Тогда же Л. получил из Москвы грамоты от «патриарха», очевидно от находившегося здесь Филарета, и бояр, что жители Москвы хотят перейти под его власть. По получении этих известий армия во главе с Л. (и рус. люди, и наемники) 30 июня 1610 г. выступила в поход на Москву. На пути войска Л. был Боровск, жители к-рого пытались укрыться в Пафнутиевом Боровском в честь Рождества Пресвятой Богородицы монастыре, где настоятелем был бывш. архим. Троице-Сергиева мон-ря сщмч. Иоасаф. Мон-рь был взят во время ночного штурма 5 июля 1610 г. В дверях монастырского собора погиб, защищая его, командовавший рус. войском кн. М. К. Волконский. Настоятель и большая часть монахов были убиты, мон-рь был разграблен, рака прп. Пафнутия разломана.

У р. Нары 10 июля 1610 г. войско Л. подверглось нападению крымских татар, пришедших на помощь Василию Шуйскому, но затем татары, очевидно поняв, что им нечего ждать от правительства Василия Шуйского, ушли, и армия Л. двинулась к Москве и подошла к ней почти одновременно с польск. армией во главе с гетманом С. Жолкевским. Самозванец попытался договориться с гетманом. В письме, отправленном Сапеге, вероятно, для передачи гетману в обмен на помощь в борьбе за рус. трон, Л. обещал в течение 10 лет выплачивать Речи Посполитой по 300 тыс. золотых в год, вернуть Речи Посполитой ее земли в Ливонии, предоставить Сигизмунду III 15-тысячное войско для завоевания Швеции (Русский архив. 2012. № 47). Жолкевский на эти предложения не реагировал. Сохранились сведения, что «простые» люди из Москвы стали перебегать в лагерь Л., но знать, дети боярские, духовенство, купечество не хотели подчиняться его власти. Попытки войск самозванца овладеть Москвой оказались безуспешными. 28 авг. 1610 г. между представителями рус. сословий в Москве и гетманом Жолкевским был заключен договор об избрании на рус. трон сына кор. Сигизмунда III Владислава (см. Владислав IV Ваза). Согласно этому договору, гетман был обязан вместе с боярами «думати и промышляти», как бы Л. «изымати или убити», «против того вора стояти и биться», «отвести» от самозванца польско-литов. войско Сапеги. В соответствии с этой договоренностью гетман Жолкевский вел переговоры с войском Сапеги, к-рое начало склоняться к тому, чтобы пойти на королевскую службу, выхлопотав для Л. какое-либо владение, но самозванец на этот план не согласился.

Гетман и бояре хотели захватить Л. в его резиденции — Угрешском во имя святителя Николая Чудотворца монастыре. Предупрежденный об этом, самозванец бежал на юг с неск. сотнями казаков. Находившиеся в его московском лагере служилые люди принесли присягу Владиславу. Однако и позднее власть Л. распространялась на достаточно обширную территорию. Ему подчинялись не только Северская земля и города по Оке, но и ряд земель в Поволжье и на северо-западе. Один из главных опорных пунктов Л. на северо-западе — Вел. Луки — русским сторонникам Владислава удалось взять штурмом после длительной осады лишь в дек. 1610 г. Часть польско-литов. войска Л. ушла к нему в Калугу. Не уверенный в своем положении, Л. принимал меры, чтобы подготовить себе новую столицу на юге — в Воронеже или в Астрахани.

Попытки польск. властей в Москве взять в свои руки руководство страной вели к тому, что симпатии населения стали обращаться к Л. В янв. 1611 г., узнав о том, что происходит в Москве, жители Казанской земли без всякой инициативы со стороны Л. принесли ему присягу. Однако к этому времени самозванец был убит служилым татар. кн. П. А. Урусовым, к-рого он оскорбил. Л. был похоронен в Калуге в соборе Св. Троицы.

Вскоре после убийства Л. (в дек. 1610 или в янв. 1611) Марина Мнишек родила сына Ивана, к-рый был объявлен сыном Л., крещен в правосл. церкви. В 1612-1613 гг. Марина и атаман донских казаков Заруцкий заявляли о правах младенца на рус. престол. В июне 1614 г. Заруцкий, Марина и ее сын были схвачены, Ивана вскоре казнили в Москве.

Ист.: ААЭ. Т. 2. № 99, 102, 123.2, 138; АИ. Т. 2; Донесение о. Викентия Львовского о Лжедмитрии II // РИБ. Т. 8; ПСРЛ. Т. 14. С. 80-81, 83, 96, 98-99, 105; Псковские летописи. М., 1955. Вып. 2. С. 285; Русский архив Яна Сапеги 1608-1611 гг. Волгоград, 2012.

Лит.: Hirschberg A . Marina Mnischówna. Lwów, 1906; Флоря Б. Н. Польско-литовская интервенция в России и рус. общество. М., 2005; Тюменцев И. О. Смутное время в России нач. XVII ст.: Движение Лжедмитрия II. М., 2008.

Тест на тему “Лжедмитрий 2”

Тестирование и выдача сертификатов в соответствии с ФЗ «Об образовании и ФГОС»

Часто задаваемые вопросы
Лицензии и свидетельства

Международный педагогический портал “Солнечный свет” зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (свидетельство о регистрации СМИ №ЭЛ ФС 77-65391), деятельность портала лицензирована Министерством образования (лицензия на осуществление образовательной деятельности №9757-л).

Какая информация есть в дипломах и свидетельствах?

Наградные документы участников конкурсов, олимпиад и свидетельства, содержат следующие данные и реквизиты: указание на Организатора мероприятия, результат участия, номер, ФИО Участника, должность, наименование представляемой организации, её местонахождение, название мероприятия, название номинации, название конкурсной работы, ФИО руководителя (если есть), дату проведения мероприятия, печать и подпись Организатора. Дипломы, Свидетельства, выдаваемые международным педагогическим порталом «Солнечный свет», являются подтверждающими документами при аттестации согласно Порядку проведения аттестации педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, утвержденному приказом Минобрнауки РФ от 07.04.2014 г. № 276, и входят в перечень документов и материалов портфолио воспитателя, учителя и других педагогических работников, необходимых для проведения оценки профессиональной деятельности. С помощью них можно также сформировать портфолио достижений дошкольника, школьника.

Ваши мероприятия соответствуют ФЗ «Об образовании» и ФГОС?

Международный педагогический портал «Солнечный свет» проводит международные и всероссийские мероприятия в соответствии с ч. 2 ст. 77 и п. 22 ст. 34 Федерального закона Российской Федерации «Об образовании в Российской Федерации» № 273-ФЗ от 29.12.2012 г. (в ред. от 31.12.2014) направленные на поддержку творческого потенциала педагогических работников и обучающихся. Конкурсы и олимпиады разработаны с учетом требований Федеральных государственных стандартов образования (ФГОС).

В какой срок и как я получу сертификат?

Сразу же после завершения тестирования Вы увидите результат тестирования. Затем в вашем личном кабинете вы сможете ввести данные для формирования сертификата. После оплаты удобным для вас способом мы сразу же предоставим доступ для скачивания сертификата. Также сертификат будет продублирован на вашу электронную почту.

Смутное время в России. Осада Москвы Лжедмитрием II. Польское вторжение

Гражданская война подорвала престиж и экономическое благополучие «царствующего града» — Москвы. В течение полутора лет у страны было два царя и две столицы. Под боком у старой столицы, где сидел царь Василий, образовалась «воровская» столица в Тушине.

Резиденция Лжедмитрия II не имела башен и стен, которые хотя бы отдаленно походили на мощные укрепления Москвы. Но царь Василий ничего не мог поделать со своим грозным двойником в Тушине, потому что в стране бушевал пожар гражданской войны. По временам власть «тушинского вора» распространялась на добрую половину городов и уездов страны, включая Ярославль — в центре, Вологду — на севере, Астрахань — на юге, Псков — на северо-западе.

Низы тщетно ждали начала «счастливого царства». Второй самозванец обещал народу то же, что и первый, — тишину и благоденствие. Но народ не получил ни того ни другого.

Тушинское воинство было плоть от плоти армии Болотникова. Но со временем облик Тушина изменился.

На окраинах восставшие низы снаряжали отряды и посылали их на помощь Лжедмитрию II. Некоторыми из этих отрядов командовали собственные казацкие или мужицкие «царевичи». Поначалу в войске самозванца было много болотниковцев, и толпы повстанцев встречали радушный прием в «воровском» лагере.

После переворота и перехода власти от Меховецкого к Ружинскому ситуация изменилась. 14 апреля 1608 г. Лжедмитрий II в манифесте к жителям Смоленска объявил, что приказал казнить самозваных царевичей. Приглашая смоленских детей боярских к себе на службу, он пояснял, что в избиениях дворян повинен не он, а «царевич Петр» и другие казацкие «царевичи».

Известия о казнях самозванцев эхом отозвались в казацких станицах. На Волге «потомок» Грозного Осиновик был повешен его «подданными». Зато двух других «царевичей», Ивана-Августа и Лаврентия, казаки привели с собой в Тушино. «Царек» милостиво принял казаков, а двух их «царевичей» велел повесить на дороге из Тушина в Москву. Казнь «царевичей» знаменовала окончательное перерождение повстанческого войска.

В Тушине при особе Лжедмитрия II образовались священный собор с «патриархом» во главе и «воровская» Боярская дума.

По милости Отрепьева Филарет Романов занял митрополичью кафедру в Ростове Великом. Он принял участие в обороне Ростова от «воров», попал в плен в октябре 1608 г. и в простой телеге был увезен в Тушино. Самозванец казнил ростовского воеводу, а Филарету предложил сан патриарха. У Романова не было выбора. «Воры» не церемонились с иерархами церкви. Они убили архиепископа Тверского, пытавшегося покинуть Тушино.

Романов обладал политическим опытом и популярностью. Его поддержка имела неоценимое значение для самозванца. Богдан Шкловский выдавал себя за сына Грозного, а Филарет был племянником этого царя. «Родственники» должны были помочь друг другу.

Полагают, что Филарет, его родня Михаил Глебович Салтыков, Иван Годунов (шурин Филарета), князья Алексей Сицкий, Дмитрий Черкасский, свояки Романовых, заняли господствующие позиции в «воровском» правительстве.

По-видимому, это не так. Салтыков провел розыск об измене Романовых и подвел Федора Никитича под монастырь. Эти люди ненавидели друг друга, что вполне устраивало командиров литовских отрядов.

Вопрос о группировках внутри «воровской» думы давно привлекал внимание исследователей. Но этот вопрос не имеет большого значения, поскольку сама дума была марионеточной.

Командир литовских наемных отрядов грозил побоями «царьку». Наемники вели в России войну за право грабить монастыри, села и города, творить разбой в чужой стране.

Ключевыми фигурами в «воровской» думе были атаман «боярин» Иван Заруцкий и боярин Михаил Салтыков. Их главное достоинство заключалось в том, что они беспрекословно исполняли все приказы и распоряжения гетмана Ружин-ского и поляков. Пожаловав украинскому казаку высший сан, «литва» показала московитам, сколь невысоко она ценит их думные титулы.

Гетман Ружинский, как и великий бражник, «маршалк» «вора» Адам Вишневецкий, редко бывал трезвым. Боярин Заруцкий всегда был начеку. Повесив несколько казачьих «царевичей», «потомков» Грозного, и возглавив Казачий приказ, он полностью подчинил гетману Ружинскому казачью вольницу. Заруцкий ежедневно расставлял стражу на валах и в воротах, посылал разъезды по разным дорогам, чтобы не допустить внезапного нападения неприятеля.

Тушино являло взору необычное зрелище. Основанная на холме близ впадения речки Сходни в Москву-реку, «воровская» столица имела диковинный вид. Вершина холма была усеяна шатрами польских гусар. Среди них стояла просторная рубленая изба, служившая «дворцом» для самозванца. За «дворцом» располагались жилища русской знати. На холме жили господа и те, кто желал казаться господами. Простонародье занимало обширные предместья, раскинувшиеся у подножия холма. Наспех сколоченные, крытые соломой будки стояли тут в великой тесноте, одна к одной. Жилища были битком набиты казаками, стрельцами, холопами и прочим «подлым» народом. В пору дождей «столица» тонула в грязи. Кругом стояла невыносимая вонь.

Лжедмитрий II многократно просил Сигизмунда III о покровительстве и помощи, но наталкивался на отказ. Однако по мере того, как гражданская война подрывала мощь России, военная партия в Речи Посполитой все выше поднимала голову.

В Тушине собралось множество польских и русских дворян, пользовавшихся милостями первого самозванца. Все они откровенно презирали «царька» как явного мошенника, но не могли обойтись без него. Творя насилия и грабежи, наемное «рыцарство» повсюду трубило, что его единственная цель — восстановление на троне «законного государя», свергнутого московскими боярами.

Личность Лжедмитрия II мало что значила сама по себе. Каким бы ничтожным и безликим ни казался «тушинский вор», важен был не он сам, а его имя. В глазах простых людей он оставался «прирожденным государем Дмитрием».

Однако успехи нового самозванца оказались призрачными. Тушино недолго соперничало с белокаменной Москвой. «Воровская» столица клонилась к закату, когда настал новый акт великой московской трагедии.

Москва была в осаде неслыханно долгий срок. Литовское командование рассчитывало взять столицу измором. Когда тушинцам удалось блокировать город, там начался голод. К началу лета 1609 г. цены на хлеб в столице резко подскочили. Четверть жита продавали по 5 рублей и дороже, четверть овса — по 3 рубля. «Людей убогих по улицам огромное число поумерало».

Власти пытались остановить рост цен, устанавливали предельные цены, устраивали гонения на спекулянтов, дабы «градским законом смирити сих». Однако положение ухудшалось. Купцы, торговавшие хлебом, наживались на бедствиях. Подозревали, что спекулянты сами задерживали обозы с хлебом: «в протчих градех и селех закупленная ими сташа недвижима», пока цены на городском рынке не поднимались еще выше.

Правительство не могло пресечь торговлю москвичей с Тушином, что было свидетельством его полного бессилия. В Тушинском лагере было много раненых, для их лечения не хватало лекарств. Ощущалась постоянная нехватка пороха и оружия. Были затруднения с солью.

Московские купцы старались не упустить выгоду и везли «ворам» всевозможные товары. На порохе и лекарственных зельях они, по свидетельству очевидцев, получали прибыли «десять гривен на шти серебреницах». Звон серебра заглушал страх перед наказанием за измену.

Население осажденного города было измучено дороговизной и голодом. По свидетельству перебежчиков, народ не раз собирался толпой и с «шумом» подступал ко дворцу: «Дети боярские и черные всякие люди приходят к Шуйскому с криком и воплем, а говорят: до чего им досидеть? Хлеб дорогой, а промыслов никаких нет и нечего взяти нигде и купити нечем!» Голодающие грозили, что откроют ворота врагам ради спасения жизни.

Василий Шуйский в течение двух лет постоянно был занят тем, что уговаривал москвичей потерпеть, подождать подхода войск, не сдавать город мятежникам. Он многократно назначал сроки (обычно три недели) окончания осады, кланялся толпе, а иногда, если верить перебежчикам, падал перед народом ниц («крестом»). Его уговоры неизменно достигали цели.

Что касается дворян, Василий Шуйский старался завоевать их поддержку разнообразными средствами.

Образование обширного фонда поместных земель помогло преодолению кризиса дворянского сословия в XVI в. Но к началу XVII в. поместная система пришла в упадок. Большая часть поместного фонда разорилась и запустела. Московская военно-служилая система не могла существовать без сильной центральной власти. Однако Смута подорвала мощь монархии. Беспорядочные конфискации, проводившиеся царями и самозванцами, окончательно разорили и дезорганизовали дворянское землевладение.

Будучи в осаде, царь Василий не имел земель, которые он мог бы, в соответствии с традицией, пожаловать дворянам за верную службу и мужество. Выход был найден. Государь стал жаловать служилым людям за «московское осадное сиденье» · вотчины. Отличившиеся дворяне не получали новых земель, но пятая часть их поместья (государственной собственности) закреплялась за ними на правах вотчины (полной частной собственности).

При Грозном помещики мечтали, что им удастся закрепить за собой поместья на праве полной собственности. Опричнина развеяла их мечты. При царе Василии их надежды воскресли. Помещики сами определяли, какие села и угодья станут их вотчинной собственностью. Понятно, что они забирали себе лучшие земли и угодья. Эти новые вотчины, располагавшиеся посреди старых поместных владений, они могли передавать по наследству, дарить и продавать без всякой санкции со стороны казны.

Цепь военных неудач и трудности осадного времени породили кризис власти. Знать и дворяне многократно пытались отстранить от власти Василия Шуйского.

В конце мая 1608 г. племянник царя князь Михаил Скопин выступил навстречу войскам Лжедмитрия II. Когда полки достигли речки Незнань, Скопин был отозван в столицу. По словам летописца, государю сообщили об измене: «в полках же нача быти шатость, хотя царю Василью изменити князь Иван Катырев, да князь Юрьи Трубецкой, да князь Иван Троекуров и иные с ними».

Заподозренные лица были арестованы. Но они принадлежали к высшей знати и не могли быть казнены без боярского суда. Шуйскому пришлось ограничиться служебными перемещениями. Князь Иван Катырев был отправлен первым воеводой в столицу Сибири Тобольск, князь Иван Троекуров попал на воеводство в Нижний Новгород, а князь Юрий Трубецкой — в Тотьму. Несколько дворян, в их числе Яков Желябужский, были казнены на Москве.

В войске Скопина все воеводы — Иван Воротынский, Иван Романов, Григорий Ромодановский, Иван Черкасский, Данила Мезецкий — сохранили свои посты. Смещен был один Скопин.

Москва находилась в критическом положении. Скопин отбросил от стен столицы Болотникова. Он один мог противостоять новой «воровской» рати. Присутствие в столице самого даровитого из полководцев было абсолютно необходимо. Однако князь Михаил был не только отозван с Незнани, но и отправлен царем в Новгород Великий. Борьба за первенство внутри клана князей Шуйских началась.

Племянник царя получил жестокий урок. В дальнейшем он позаботился о том, чтобы обеспечить себе свободу действий и избежать произвола самодержца.

Царь Василий передал войско Скопина под начальство своего брата Ивана. 22 сентября 1608 г. князь Иван вступил в бой с неприятелем под Рахманцевом в окрестностях Москвы. Его ратники обратили в бегство полки Микулинского, Вилямовского и Стравинского. В центре они охватили полк Яна Сапеги и завладели всей его артиллерией. Гетман едва избежал плена. Воеводы считали, что противник разгромлен, и не ожидали контратаки. Между тем Сапега вырвался из окружения и бросил в атаку две гусарские роты. Их атака решила исход битвы. Победа обратилась в поражение. Иван Шуйский трусливо бежал с поля боя. Передовой полк воеводы Ромодановского выстоял. Но он не получил помощи от большого полка и был разбит. Литовцы преследовали московские полки на протяжении четырех миль.

Ответ за поражение Шуйскому пришлось держать перед боярами и всем миром. Дума требовала ответить, как случилось, что крупные отряды литовской армии оказались под стенами Москвы. Царю были поставлены определенные условия. Он должен был добиться вывода литовских ратных людей из России не позднее 1 октября. Если царю сделать это не удастся, он должен «оставить государство».

Царь Василий приложил все усилия, чтобы выполнить требование бояр. В соответствии с мирным договором, подписанным польскими послами в Москве, король Сигизмунд III должен был отозвать своих подданных с территории России. Но Ружинский не собирался выполнять условия договора. Литовцы продолжали громить войска царя Василия и разорять страну.

Первая осадная зима принесла тяготы и нужду московскому населению. Враги царя решили использовать момент и совершить переворот. Заговор возглавили князь Роман Гагарин-Стародубский, вождь рязанских дворян Григорий Сумбулов, московский дворянин Тимофей Ильин. Заговор был хорошо подготовлен.

25 февраля 1609 г. дворяне проникли в Кремль и ворвались в думные палаты, где заседала Боярская дума. Придя «в Верх к бояром, — повествует летописец, — и начаша говорить, чтоб царя Василия переменити». Гагарин и его сообщники надеялись свергнуть царя, склонив на свою сторону Боярскую думу. Думе надо было всего лишь подтвердить свое прежнее решение об отрешении Шуйского от власти в случае, если к 1 октября он не добьется вывода иноземных войск из страны.

Летописец уверяет, что бояре «отказаша» Гагарину. Правда заключается в том, что дума не выступила на защиту Шуйского и не приняла мер для подавления бунта. Вместо энергичных действий члены думы поспешно разъехались по своим дворам.

Гагарин с дворянами не были обескуражены. Из дворца они отправились в Успенский собор, где шло богослужение. Забрав патриарха Гермогена из храма, заговорщики «ведоша его на Лобное место», где уже собралась большая толпа. Мятежники объявили владыке, что восстали на Шуйского за его тайные казни: «и топере, де, повели многих, нашу братию сажать в воду, за то, де, мы стали».

Патриарх вступил в спор с мятежниками и постарался убедить народ, что царь Василий не собирается никого казнить.

Гагарин и дворяне отнюдь не были сторонниками «царя Дмитрия», в противном случае они заявили бы, что Шуйский отнял трон у «прирожденного государя». Заговорщики же толковали, что Василий не был избран всей землей. Им и в голову не пришло выпустить из тюрьмы арестованных агентов Лжедмитрия II.

Взывая к патриотизму жителей столицы, патриарх заявил, что государь избран Московским государством, которое всегда все «государства Русской земли слушали». Что касается кровопролития, оно есть кара Божья русским людям за грехи, особенно за измену законному государю.

Речь Гермогена утихомирила толпу. Глава церкви поспешил покинуть площадь и укрылся на своем подворье.

Царь Василий был выкрикнут царем на площади. Гагарин и дворяне намеревались низложить государя тем же способом. Гермоген помешал им выполнить их план. Мятежники пытались вызвать на площадь бояр. На их призыв откликнулся один князь Василий Голицын. Он наблюдал за происходящим, но в дело не вмешался.

По словам Гермогена, кроме Гагарина с товарищами, на площади объявились тушинские эмиссары, которые «учали честь грамоту, писано ко всему миру из литовских полков от русских людей» с призывом свергнуть царя Василия. Однако сторонники Шуйского успели вызвать в Кремль войска из лагеря на Ходынке.

Царь решился наконец выйти к народу. Он поклялся на кресте, что через три недели на помощь Москве придут рать его племянника Скопина и войско Федора Шереметева. Обещание было неисполнимо, но толпа послушала монарха и разошлась.

Гагарин и его сообщники бежали в Тушино после провала мятежа. С ним в «воровской» лагерь пробрались царские лазутчики.

Вскоре в столице произошли новые волнения. 2 апреля собравшийся на площади народ потребовал отречения царя Василия, не желая далее терпеть трудности осадного времени. К народу вышли несколько думных бояр и купцы, представлявшие посадскую общину. В феврале — марте царь поклялся, что Скопин окажет помощь столице через три недели. Обещание не было выполнено. Но в начале апреля думные люди зачитали толпе грамоты от Скопина и Шереметева о выступлении в поход на Москву. Толпа дала себя уговорить.

В марте царь объявил, что прощает всех участников заговора, как уехавших с Гагариным к «вору», так и оставшихся в столице. Князь Гагарин уже в начале мая 1609 г. вернулся в Москву. За попытку государственного переворота и измену его надлежало пытать и казнить. Но он явился с «повинной», и его встретили с распростертыми объятиями.

Во время новых волнений в Москве 5 мая Гагарин выступил перед народом с горячей речью. Он засвидетельствовал, что «Дмитрий» — «прямо истинной вор», и призвал москвичей не прельщаться «на дьявольскую прелесть». Он сказал также, что виновник беды — литовский король — хочет попрать православную веру. Его выступление помогло успокоить народ, но ненадолго.

Положение в государстве быстро ухудшалось, и от царя отворачивались даже его ближайшие сподвижники.

Татищев и Скопин были самыми решительными и отважными среди заговорщиков, свергших Расстригу. Оба были удалены из столицы в Новгород Великий. Когда к Новгороду подошли тушинцы, Татищев просил Скопина послать его с «посылочным отрядом» на Московскую дорогу против «воров». В этот момент князю Михаилу донесли, будто Татищев «идет для того, что хочет царю Василью изменить».

Получив донос в конце 1608 г., боярин Скопин избавился от «предателя» без суда и следствия. Воспользовавшись тем, что в Новгороде не прекращались волнения, Скопин выдал Татищева на расправу толпе. При этом он объявил «вину его вслух всем людям».

Поборами и притеснениями воевода Татищев успел навлечь на себя ненависть населения. Слова Скопина пали на готовую почву. Толпа возопила: «Да извергнется такой от земли!» Татищев был мгновенно растерзан, труп брошен в Волхов.

Страшная расправа над Татищевым произвела сильное впечатление в Москве. Встревожились прежде всего лица, принадлежавшие, как и Татищев, к кругу ближайших советников государя. В этом круге возник заговор, во главе которого стал дворецкий боярин Иван Крюк Колычев. Заговорщики намеревались совершить переворот в Вербное воскресенье — 9 апреля 1609 г.

Во время торжественного въезда патриарха в Кремль царь вел «ослять» под владыкой. Мятежники надеялись, что в сутолоке стража будет оттеснена от государя и его удастся убить. Волнения в столице вспыхнули за неделю до назначенного дня, что спутало планы заговорщиков.

Дворецкого Ивана Крюка Колычева погубил донос чашника Василия Бутурлина. На протяжении двух десятилетий Колычев был едва ли не самым верным сторонником Шуйских. По словам Исаака Массы, в народе Крюк пользовался большим уважением. Заговор угрожал жизни монарха, и тот не пощадил прежнего любимца. Воеводу вывели на Пожар и казнили.

Заговор был обезглавлен, но сообщники Крюка не отказались от своих намерений. 6 мая Сапега получил весть о новых волнениях в Москве. Тотчас после этого в Тушино бежал молодой подьячий Чубаров, служивший в Судном приказе. Он сам знал немного и не мог ответить на простейшие вопросы, заданные ему в Тушине. Однако перед побегом Чубаров имел беседу с участником заговора сыном боярским Саввой Таракановым. Этот человек, видимо, и послал молодого подьячего к «вору» с важными вестями.

Савва поведал Чубарову, что «из их думы» казнен Колычев, который был на пытке, но «ни на кого из них не говорил, потому одного и казнили»; «и оне же своим старым заговорам умышляют и хотят его (царя Василия. — Р.С.) убить на Вознесеньев день из самопала». Итак, уцелевшие участники заговора отложили покушение на последнюю декаду мая. Тараканов подтвердил, что в заговоре с Колычевым состояли бояре, дворяне и посадские торговые люди.

Секретари Сигизмунда III в январе 1610 г. записали в Дневнике: «. в самой Москве русским стало ненавистно правление Шуйского. Множество бояр, а мир чуть ли не весь, хотели иметь князем Голицына, пока не узнали о нашествии короля». Вторжение началось в сентябре 1609 г., а значит, приведенное известие относилось к весне — лету 1609 г. По всей вероятности, именно Голицын был главным сообщником Колычева. Крюк был женат на княжне А.А. Голицыной. Не Голицыну ли заговорщики намеревались передать корону?

Василий Голицын отличался честолюбием и неуемной энергией. «Это весьма беспокойная голова, — писал о нем современник, — нрав тиранский, сердце изменническое, а жизнь дурная, безбожная. Он хотел бы поскорее видеть себя царем». Шуйский не стал распутывать клубок измены, так как не хотел множить раздоры с боярами.

В период гражданской войны система управления утратила некоторые черты, свойственные самодержавному образу правления. Подданные могли призвать монарха к ответу, открыто заявить о своих требованиях, обсуждать вопрос об отрешении государя от власти.

И московский государь, и «тушинский вор» старались любыми средствами привлечь на свою сторону высшие сословия. До Тушина было рукой подать, и немало дворян бежали к «вору» в поисках богатства и чести. Лжедмитрий II жаловал перебежчиков и выдавал им грамоты на земли. Щедрый на обещания, «царек» не имел денег, чтобы хорошо платить перебежчикам. Обманутые в своих надеждах, беглецы возвращались в столицу. Случалось, что тушинские «перелеты» по нескольку раз переходили от царя к «царьку» и обратно. Ни беглецы, ни их родня не подвергались преследованиям в Москве. «Перелеты», будучи государственными преступниками, нисколько не боялись того, что с их плеч слетит голова. Бессилие власти плодило измену.

В течение полувека род Шуйских-Суздальских дал России ряд выдающихся полководцев. В их числе были покоритель Казани князь Александр Горбатый, герой Псковской обороны князь Иван Шуйский. Молодой Андрей Шуйский доказал свою храбрость в боях со шведами.

Горбатый был убит Грозным, а Иван Петрович и Андрей Иванович Шуйские — Борисом Годуновым, Скопин отправлен дядей в Новгород накануне решающего сражения. Не чувствуя склонности к военным подвигам, царь Василий передоверил высшее военное руководство бездарным братьям.

Повторное «спасение» мнимого сына Грозного воскресило тени опричнины. Самозванец охотно принимал в свою «думу» выходцев из старых опричных фамилий. Лев Салтыков был опричным дворецким. Михаил Салтыков стал фактически главой тушинской думы. Михаил Черкасский числился первым боярином из опричнины. Князь Дмитрий Черкасский стал видной фигурой в «воровском» лагере. Трубецкие возглавляли «двор» Грозного. Князь Дмитрий Трубецкой получил боярство от «вора». Басмановы-Плещеевы учредили опричнину. Плещеевы слетелись в Тушино стаей. Боярство получили Федор Плещеев, Иван Глазун-Плещеев, окольничество — Михаил Колодкин-Плещеев. Видную роль в опричнине и на «дворовой» службе играли Нагие, Бутурлины и Годуновы. Андрей Нагой, Михаил Бутурлин и Иван Годунов числились боярами «вора». Один из Наумовых был опричным постельничим. Иван Наумов заслужил у Лжедмитрия II боярство.

Ситуация складывалась столь неблагоприятно для царя Василия, что «воровские» бояре имели шанс овладеть всем Московским царством.

Иноземное наемное войско, ядро которого составляли польские гусары, неоднократно брало верх над московским дворянским ополчением. Но содержание наемников требовало огромных средств.

В начале 1609 г. сейм Речи Посполитой должен был обсудить вопрос о вторжении в Россию. На сейм прибыли послы наемного войска из Тушина. В их инструкциях имя «царя Дмитрия» вовсе отсутствовало. Войско называло самозванца «тем, которого они (московиты — Р.С.) теперь носят на руках, которого мы (солдаты. — Р.С.) выдвигаем на престол Московский».

Мнишек вызвался руководить действиями тушинских послов в Польше, за что Лжедмитрий II заплатил ему 3000 рублей, а «царице» Марине «пожаловал» удельное княжество Калужское. В апреле Лжедмитрий II выслал Юрию Мнишеку жалованную грамоту на города Северской и Смоленской земель, в свое время обещанные сенатору Отрепьевым.

Сигизмунд III выслушал послов от тушинского наемного войска. Вместе с послами от «рыцарства» в Польшу прибыл Лопухин и другие послы от Лжедмитрия II. Король отказал им в аудиенции и приказал выпроводить из Речи Посполитой.

Окружавшие Лжедмитрия II поляки с презрением отзывались о его образе жизни, достоинствах и привычках. В королевском Дневнике, который вели секретари Сигизмунда III, можно найти яркую характеристику «обманщика»: «. он человек ничтожный, необразованный, без чести и совести, страшный хульник, пьяница, развратник. не бывает ни на каком богослужении»; «у него после побега нашли Талмуд».

Конечно, жизнь во «дворце» не прошла для шкловского учителя даром. Он быстро усвоил привычку к роскоши. Гетман Жолкевский пренебрежительно именовал обманщика «этот франт». «Вор» не жалел денег на изукрашенные каменьями и золотом одежды и собольи шубы.

Траты самозванца вызывали раздражение наемных солдат. По их расчету, «государь» задолжал им 5 миллионов рублей, или 17 миллионов злотых. 1 февраля 1609 г. солдаты подняли бунт. Они потребовали у «царька» выплаты всех заслуженных денег, грозя ему расправой.

Для переговоров с войском самозванец направил своих думных людей Григория Шаховского, Михаила Салтыкова и Федьку Андронова. Попытки выяснить, сколько денег наемники собрали с отведенных им территорий, ни к чему не привели. Столкнувшись с угрозой прямого бунта, «царек» стал «жалобен». «Если б я и хотел, — заявил он, — то неоткуда мне взять денег на уплату жалованья вашим благородиям, потому что вы все взяли у меня из рук! Мне самому еле хватает на пищу!»

Самозванец порывался тайно бежать из лагеря, но за ним бдительно следили и пресекали все действия.

Собрав войсковое коло, наемники избрали из своей среды десять депутатов — «децемвиров». Они должны были в течение трех недель собрать начисленную сумму. Децемвиры не могли исполнить это решение. Но они установили жесткий контроль за доходами и расходами самозванца.

Почувствовав опасность, Лжедмитрий II стал готовиться к побегу из Тушина. Однако его слуга выдал замыслы «вора» Ружинскому. Польское командование отдало приказ о взятии «самодержца» под домашний арест.

Контроль децемвиров резко ограничил права «воровской» думы, приказов и уездных тушинских воевод. Эволюция тушинского движения завершилась. «Воровской» режим стал декорацией для кровавого режима иноземных завоевателей.

Самозванец контролировал огромную территорию. Но в глазах народа тушинские порядки все больше утрачивали привлекательность. Лжедмитрий II не продержался бы и года, если бы общий хаос не подорвал силы правительства.

Гетман Ружинский и его ротмистры отбросили всякие церемонии и распоряжались во владениях «царька», как в завоеванной стране. Они не домогались ни думных чинов, ни вотчин. Им довольно было реальной власти. Как и повсюду, наемников всерьез интересовала только звонкая монета. Самозванец не мог оплатить им «наем» и выдавал грамоты на кормление и сбор налогов.

Без поддержки низов самозванец никогда бы не добился успеха. Но настроения масс стали меняться, когда выяснилось, что за спиной «царька» стоят иноземные захватчики. На собственном опыте народ убеждался в том, что литовские люди и тушинские воеводы несут ему еще худшие притеснения, чем старая власть.

Литва и поляки разбирали города в кормления — «приставства». Солдаты забирали у крестьян лошадей, подчистую вывозили из деревень хлеб и фураж. Сбор провианта и податей сопровождался неслыханным произволом. Тушинская власть была бессильна установить на подвластных ей территориях какой бы то ни было порядок, защитить население от грабежа и разбоя. Сохранилось множество челобитных от детей боярских, крестьян, посадских людей с жалобами на грабежи, истязания и убийства и с мольбами о защите от панов, солдат и казаков из Тушина. Произвол, насилия и убийства носили повсеместный характер. В дневниках поляков можно встретить описания того, как шайки польских мародеров и русских тушинцев нападали на попов, на детей боярских, на деревни, оставляя после себя множество мертвых тел на дорогах.

Насилия вызвали отпор со стороны народа. В Вологде тушинское владычество продержалось несколько недель. Вологжан поддержали жители Галича и Костромы, Двины и Поморья. Ян Сапега нанес поражение полкам князя Ивана Шуйского, но надолго застрял под стенами Троице-Сергиева монастыря. Обеспокоенный событиями на севере, Сапега поручил Лисовскому усмирить восставшие местности. «Лисовчики» заняли Галич, но успех их был непрочен. Получив поддержку царских воевод, городские ополчения очистили Поволжье и в апреле — мае 1609 г. отбросили отряд Лисовского прочь от Ярославля.

Царь Шуйский, запертый в Москве как птица в клетке, не мог использовать наметившийся успех. Пассивная и бездеятельная власть не внушала никому ни страха, ни уважения. Утратив опору даже в ближайшем окружении, царь Василий стал возлагать надежды на помощь извне. Три года король Карл IX слал в Москву гонцов с предложениями направить в Россию воинские силы. Его хлопоты наконец увенчались успехом.

28 февраля 1609 г. посольство от князя Михаила Скопина и представители шведского короля подписали в Выборге союзный договор. Король обязался прислать в помощь Москве наемное войско — 3000 пехоты и 2000 конницы. Царская казна брала на себя содержание армии. Жалованье наемников было определено в 32 000 рублей ежемесячно. Взамен шведы потребовали от русских территориальных уступок. Скопин обязался передать шведам крепость Корелу с уездом.

Царь Василий рассчитывал на помощь обученной и закаленной в боях шведской армии. Однако Карл IX планировал разгромить поляков в России, избежав больших потерь. Его вербовщики обшарили задворки всей Европы. Они нанимали немцев, французов, англичан, шотландцев и спешно переправляли их на русскую границу, где они переходили на содержание царя.

10 мая 1609 г. Скопин покинул Новгород. С ним было до 3000 русских воинов и 5-тысячный шведский корпус. Тушинцы пытались остановить Скопина под Тверью, но были разгромлены.

Наемники тотчас потребовали вознаграждения. Не получив денег, они немедленно взбунтовались и ушли к границе. В армии Скопина осталось 300 шведов. Позже число их возросло до тысячи.

Опираясь на земское движение, Скопин развил наступление. Отряды воинских людей стекались к нему со всех сторон. В Торжке воеводу ждала 3-тысячная смоленская рать. Вслед за тем в его армию влились отряды из Ярославля, Костромы и поморских городов. Численность полков Скопина возросла до 15 000 человек.

К северу от Москвы главным центром сопротивления тушинцам оставался Троице-Сергиев монастырь. Обитель была обнесена мощными стенами с высокими башнями. Гарнизон насчитывал более 2000 бойцов, включая 700 дворян и сотню стрельцов. В обороне крепости участвовали монахи, а также крестьяне из окрестных деревень. Защитники монастыря предпринимали частые вылазки, нанося чувствительные удары противнику.

Прошел год. В ходе непрерывных боев гарнизон понес огромные потери. Запасы пороха подошли к концу. Защитников монастыря косили моровая язва и цинга. Численность гарнизона сократилась до нескольких сот человек. Слабые духом призывали сдать крепость неприятелю.

Пережившая осаду инокиня Ольга — Ксения Годунова писала: «От скорби я еле жива и, вероятно, больна, как и все здешние монашки. Мы. ежечасно ждем смерти, ибо среди нашего гарнизона царит великое колебание и измена. за грехи наши здесь свирепствует моровая язва: всех мучат тяжкие, смертные страдания. Ежедневно хоронят от двадцати до тридцати и больше покойников. Да и те, что живы, совсем ослабели и как будто без ног». Измена была подавлена воеводой. Из Москвы прибыли подкрепления. Оборона монастыря длилась 16 месяцев. Историю обороны подробно описал на страницах «Сказания» келарь монастыря Авраамий Палицын, участник событий.

Сохранилось письмо некоего Авраамия гетману Сапеге. Автор письма монах выражал готовность признать «царя Дмитрия». Подозревают, что письмо написал Палицын. Однако подозрения подобного рода беспочвенны. Автор письма называл себя архимандритом и писал гетману из Москвы. Авраамий Палицын никогда не был архимандритом и во время осады находился в обители.

Архимандрит советовал Сапеге продолжать осаду Троицы и сообщал, что москвичи «сидеть не хотят долга в осаде, на Москве обряд будет Шуйскому скора». В слове «обряд» звучала ирония: инок подразумевал скорое свержение царя Василия.

Приближение армии Скопина вызвало тревогу в литовском стане под Троицей. Сапега попытался разгромить Скопина в районе Калязина, но потерпел поражение в ходе двухдневного сражения 18—19 августа 1609 г.

Успех Скопина не привел к решительному перелому в ходе военных действий из-за того, что международное положение России катастрофически ухудшилось. Страна подверглась нападению со стороны крымских татар, а затем Речи Посполитой.

После смерти Лжедмитрия I Шуйский направил в Крым посла, с тем чтобы возобновить мирные отношения с ханом. Но посол был захвачен повстанцами и казнен в Путивле. Восстание в южных городах прервало русско-крымские дипломатические сношения. С весны 1609 г. Крымская орда пришла в движение. В июле наследник хана Джанибек с многотысячным войском вторгся в русские пределы. Прежде татары, осуществив грабительский набег, быстро уходили в степи. На этот раз они продвигались к Москве не спеша, сжигая по пути села и забирая в полон русское население. Разгромив Тарусу, крымцы перешли Оку. Их отряды появились в окрестностях Серпухова, Коломны и Боровска.

Положение в Москве было неустойчивым, и царь Василий Шуйский попытался скрыть от народа правду о крымском вторжении. В грамотах к городам он объявил, будто татары прибыли на Русь как союзники, чтобы помочь против короля.

Население разоренных пограничных поселений громко проклинало царя, призвавшего «поганых» и тем погубившего собственную землю.

Ружинский окопался в Тушине у западных стен столицы. Ян Сапега удерживал позиции на севере под Троице-Сергиевым монастырем. Крымские татары подбирались к Москве с юга.

В такой ситуации Сигизмунд III и его окружение решили начать открытую интервенцию против Русского государства. Найти повод к войне не составляло труда. Король использовал в качестве предлога русско-шведское сближение. Царь Василий рассчитывал с помощью шведов разгромить Тушинский лагерь и изгнать с русских земель иностранных солдат. Однако русско-шведский союз задел личные интересы короля.

Сигизмунд III занял польский трон, будучи наследником шведской короны. После смерти отца, шведского короля Юхана III, он присвоил его титул. Но личная уния между Речью Посполитой и Швецией продержалась недолго. Карл IX сверг Сигизмунда III и занял шведский престол. Началась польско-шведская война из-за Ливонии. Сигизмунд считал дядю узурпатором и надеялся вернуть себе шведский трон.

Союз между Карлом IX и московским царем нанес удар по династическим претензиям Сигизмунда, и он не колеблясь принес государственные интересы Польши в угоду навязчивой идее. Увя

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *