Дом в котором слезы березы
Перейти к содержимому

Дом в котором слезы березы

  • автор:

Дом в котором слезы березы

Ярким событием февраля стало открытие нового заведения от владельцев «Птицы-Синицы» и «Дома, в котором pub» — «Слезы Березы». Ажиотаж вокруг нового места образовался такой, что даже не совсем в «праймовое» время в прошлый уик-энд на входе в заведение буквально собирались очереди! С чем связан такой горячий интерес к «Слезам Березы» выяснил наш барный обозреватель Антон Журавков. В новом материале читайте о концепции бара в виде полноценного арт-объекта и заложенных в нее смыслах, а также, конечно, о том, на что смотреть в меню и в таплисте.

Антон Журавков
18 февраля 2022 г. 18:00
Поделиться

Российские люди любят страдать. И стоять в очередях. Что, в сущности, очень хорошо работает вместе. Чтобы случился какой-то катарсис, сначала нужно долго терпеть, стремиться и не сдаваться. Попадает московский ресторан или бар в какой-то международный рейтинг – все, у входа уже вереница людей. Завезли на день рождения бара мытищинских пивоваров топового пивка – перед дверьми уже в полдень человеческая многоножка биргиков перетаптывается. Очередной рэпер раздает блины с лопаты в своей новой шаурмечке – просто хоть святых вон выноси! Но вот чтобы люди больше получаса стояли на вход в только что открывшийся крафтовый бар, где нет ни халявы в честь открытия, ни концерта, ни в сущности толкового выбора пива – вот такое я увидел впервые. Пойдёмте со мной в «Слезы Березы», проведу вам экскурсию без очереди.

После гаражеподобного руин-паба «Птица-Синица», фэнтезийного особняка «Дом в котором» и нуарного кабинета биологии «Пестики-Тычинки» дизайн нового просторного бара, кажется, вышел на совершенно новый уровень. Слова «красиво» и «необычно» будут слишком бледными и плоскими для описания интерьера «Слез Березы». Это полноценная многогранная арт-инсталляция, в которой каждый видит что-то свое, обращая внимание на отдельные детали и наполняя их собственными смыслами и ассоциациями. Если вам не чуждо искусствоведение или просто нужны красивые тезисы для обсуждения на свидании с пассией в «Слезах Березы», держите два варианта трактовок дизайна получившегося пространства.

Создатель дизайна Иван Седин, приложивший руку также к двум предыдущим заведениям «Птица-Синица Family», рассказал о главной идее, заложенной в интерьер нового места:

«Временность. Я хотел показать непостоянство всего, что нас окружает и кажется важным, вызывает отклик. При этом выглядит красиво и агрессивно. Я добивался того, чтобы пространство с первого взгляда атаковало зрителя. Березы, зажатые временем. Они растут и гнутся, образуя архитектурные своды, наблюдают за вещами, которые важны сейчас, или были важны когда-то человеку. «Слезы березы» – это все, что сделано из дерева: изба, мебель, посуда. Хотелось использовать не стереотипные образы, такие как хохлома, балалайка, самовар, а предметы, которые давно всем кажутся скучными, но заявить их в новом свете. Фрагментами из черных обугленных конструкций, изобразить рисунок березовой коры, будто само помещение и есть – береза, черное и белое».

А лично на моей экскурсии по заведению вы бы услышали следующее:

«Это попытка материализации культурного кода нескольких поколений нашей страны. Исследование глубин русской души, поиск тех самых скреп, фантазии на тему российской самости и наслаждение всепоглощающей красотой безысходного увядания. Здесь и зловещий мир подъездов заброшенных домов с облупившейся краской и проломами в стенах. И почтовые ящики с надписями «для писем и газет», такие бессмысленные и ненужные в эпоху Телеграма. Бюст Солнца русской поэзии на пианино, механические часы, громоздкие трюмо и шифоньеры из бабушкиного деревенского дома. Обожженные наличники барной стойки, обязательные распиленные ванны-диваны (диванны, кек), вязаные шали-абажуры, почти каноническая березовая роща (ходи себе, обнимай) и экспозиция из борщевика – настоящего символа современной России. Саундтрек, умело дополняющий знакомое всем ощущение щемящей тоски в последний вечер лета, конца маленькой жизни. Вековая надвратная колокольня старообрядческой Екатерининской церкви медленно разрушается перед панорамным окном через дорогу. Этот проект одновременно деконструирует и препарирует русскость и изучает необъяснимую притягательность «эстетики “далей”».

Если уж вспоминать про тлен, то он ждет вас в таплисте и ассортименте банок/бутылок. «Болезнь» всех заведений семейства «Птицы-Синицы» проникла как модный вирус и сюда. Не ждите интересный, сбалансированный и сколько-нибудь актуальный ассортимент пива. Меню напитков здесь собирается скорее по принципу «недорого в закупке». В целом, волнует этот момент лишь малую прослойку интересующихся и людей с профессиональной деформацией, вроде меня, остальному большинству гостей такие тонкости неведомы и безразличны. Пиво здесь есть, это главное. В скорости в «Слезах» ожидают получение лицензии на крепкие напитки, и вот тогда-то все заиграет в полную силу.

По части еды в семействе заведений прослеживается определенная эволюция. Начав с примитивных барных закусок в «Птице-Синице», и попробовав играться в кухню с характером в «Доме в котором», в «Слезах Березы» меню уже выглядит многообещающе и вполне себе нестыдно на фоне гастропомешанности столичных жителей. Даже самые простецкие и знакомые блюда вроде «макарон по-флотски» или «котлеты по-киевски» переведены здесь во вполне себе ресторанный эшелон умной работой с ингредиентами, гарнирами и соусами. Драники правда прилетели за мой стол в состоянии al dente, но со второй попытки повар таки довел их до нужной кондиции. Дадим кухне скидку и время на раскачку и обтирку: пока у них случается очень большой стоп-лист и нет стабильности.

Судя по гостям за столиками и на входе, «Слезы Березы» сейчас незримо соревнуется с «ГЭС-2» за топ рейтинга новых мест для свиданий в Москве. Так что не торопитесь бежать сюда сразу после прочтения обзора. Разумнее будет забронировать столик за несколько дней. Но если вы любите проводить бесценное жизненное время в очередях, тогда бегите, чего уж!

Адрес: ул. Бауманская, 15 (недалеко от Axiom pub).

Деконструкция русского и сгоревшая изба с березками: Кто придумал бар «Слезы березы»

Деконструкция русского и сгоревшая изба с березками: Кто придумал бар «Слезы березы» — Новое в Москве на Большой город

В феврале в Москве открылся бар «Слезы березы», воплотивший своим интерьером метафоры о русской тоске и горящей избе. Команда бара решила осмыслить образ исконно русского, и в этой трактовке много как метафизического — руинности, снов, — так и материального — элементов разных эпох вроде эмалированных ванн и венских стульев. В баре даже есть балкон типичной панельки — общий код для всех постсоветских территорий, наделенный сегодня новым грустным смыслом.

Само заведение расположено в пяти минутах от метро «Бауманская» — из окон видна старая колокольня старообрядческой церкви Святой Екатерины. Эта колокольня тоже перекликается с концепцией руинности «Слез березы» как часть истории — полузабытая и полуразрушенная.

«Слезы березы» днем и вечером сильно различаются. В дневном свете это необычное, но вполне московское место. Вечером здесь теряются все пространственные и временные ориентиры — мягко освещенный зал похож то ли на ожившую билибинскую иллюстрацию (Иван Билибин — русский художник, один из главных книжных иллюстраторов первой половины XX века, — Прим. ред.), то ли на кинодекорацию мистического фильма.

Мы поговорили с основателями этого пространства о том, как они придумали и воплотили проект с березовым сводом и баром-избой.

«Слезы березы»

Адрес

ул. Бауманская, 15

Режим работы

Средний чек

Попытка деконструировать русскость

Костя, сооснователь: У нас нестандартное устройство: от идеи до реализации — командный горизонтальный труд. Как обычно устроен ресторанный рынок — есть ресторатор, он собирает команду на проект: ищет шеф-повара, нанимает дизайнера и так далее. Если проводить аналогию с музыкальной сферой, обычно ресторатор как продюсер. А мы скорее рок-группа.

В костяке нашей команды пять человек: я, Саша, Ваня, Олег и Паша. Наше первое заведение «Птица-синица» — бар на чердаке для друзей, который мы открыли в 2017 году.

После был паб «Дом, в котором…» — оммаж известному произведению и первый проект с теперь уже нашим постоянным участником команды и художником Ваней. Мы не пытались воссоздать написанное в книге, но хотели передать то же настроение, наполнив его своими деталями. Потом мы сделали небольшой бар «Пестики-тычинки» — это не старый заброшенный кабинет, а восприятие школьником этого кабинета в процессе жесткого пубертата. Единый стиль наших заведений простыми словами — руинные бары.

«Слезы березы» мы задумали давным-давно, еще до пандемии. Концепцию этого проекта уже сложно описать одним предложением. Это самая масштабная наша идея — попытка деконструировать некую русскость в разные эпохи, передать взгляд человека, созерцающего изменения. Обычно мы сидим выпиваем и обсуждаем, что могли бы сделать, потом на каждый из этих смысловых блоков находим визуальный референс. Тарковский в «Сталкере» много рассуждал о японском слове «саби» («ржавчина»). Эти рассуждения о течении времени, об отпечатках, которые оставляют подлинную красоту в процессе увядания. Нам близко такое восприятие.

Ваня, художник: Идее уже года два, а то и больше. Я хотел, чтобы пространство с первого взгляда атаковало зрителя. Березы, зажатые временем, растут и гнутся, образуя архитектурные своды, наблюдают за вещами, которые важны сейчас или были важны когда-то. «Слезы березы» — это все, что сделано из самой березы: изба, мебель, книги. Хотелось использовать не стереотипные образы, а заявить давно знакомое в новом свете, фрагментами из черных обугленных конструкций изобразить рисунок березовой коры, будто само пространство и есть береза, черное и белое.

Кто украл балкон и сжег избу?

Ваня: До нас здесь была голая бетонная коробка, все создавалось с нуля. Никакие балконы никто не вырывал из панелек, конечно. И избы чужие мы не сжигали. Работала большая команда — человек 20, бутафоры, реставраторы, ребята, которых я давно знаю и очень ценю. Моя жена тоже художник по образованию — она скульптор, решение по своду и ее помощь здесь неоценимы. Мы каждый раз стоим и думаем, насколько это похоже на реальное старое здание? Кажется, похоже.

Хотелось внутри единого пространства отрефлексировать эпохи такими, какими запомнил их человек как будто сквозь сон. В начале мы думали о последовательном хронологическом интерьере — круговое зонирование вокруг колонны. Но от этой идеи отказались — слишком прямолинейно. Я вообще не понимаю, есть ли в этом проекте какие-то смысловые доминанты — кажется, что все элементы равноценны. Здесь все очень фантазийно, я никак себя не сдерживал в этот раз. Например, колонны с резьбой, которые я делал для бара, имитируют слезы — это как дождь, падающий на выжженную землю, они скомпилированы из десятка образов.

Конечный эскиз тоже состоит из десятка референсов и фантазий. С воплощением все иначе, эскиз эскизом, но по нему не всегда удобно работать, когда дело доходит до частных вещей. Когда работали над фактурой стен, ребятам нужно было объяснить, какой именно эффект нам нужен, тогда я показывал вполне конкретные референсы.

Костя: Мы год искали это место, да и с каждым баром была такая же история — год непрерывных поездок и осмотров. Другие наши заведения внутри Садового, а здесь был большой вопрос, захотят ли люди поехать на «Бауманскую».

С первого дня открытия в медиа писали что-то такое: «Команда киношников работала над этим проектом год». Но все же не год — полгода. У нас правда целая команда, в том числе Олег, муж бренд-шефа Саши. Он занимается всеми техническими вопросами. Строительство бара даже без всей этой красоты — большой инженерный проект. Нет такого, что мы придумали идею, а потом вынуждены искать каких-то подрядчиков — внутри коллектива есть люди, которые могут это решить.

Уже есть легенды про наш бар, и это здорово. Вся барная стойка, которую называют сгоревшей избой, действительно сгоревшая. Сначала огромную конструкцию построили здесь, потом ее разобрали, погрузили в несколько машин и увезли в Подмосковье. Ваня и Олег несколько дней жгли ее — такой вот досуг. И никто не знал, что получится. Возводить — долго и сложно, а опыта сжигания деревянных построек ни у кого не было, естественно. Построили и случайно сожгли — было бы нелепо, но все получилось.

Когда мы забираем вещи на «Авито», обычно задают вопрос: «А куда вы этот хлам везете? Я выкидывать собирался!» Один мужчина, узнав о баре, заинтересовался, просил присылать фотографии, где теперь стоит его старенький сервант. Что-то мы покупали на блошином рынке «Левша», что-то из регионов завозили и долго ждали. Уже ничего бюджетного не существует. Четыре года назад, когда мы только начинали, все вещи находили просто. Приезжаешь к продавцу на «Авито» или на блошку — уезжаешь с набитой машиной. За эти годы интерес к винтажу сильно вырос вместе с ценами.

Не навязывать, а предлагать смыслы

Костя: Мы стараемся сделать пространство, наполненное внутренней свободой, чтобы человек не был привязан к какой-то одной зоне. Поэтому используем такую сервисную модель: у нас нет официантов, гость сам подходит к бару и делает заказ. Мы в первую очередь позиционируем себя как бар, а для нас бар — место отдыха в любой день. Мы в своей работе пытаемся свободно себя ощущать, хочется это настроение подарить людям. Не навязать правила игры, но предложить условия, поэтому официант или бармен, вероятно, перейдет на ты. Такой подход нравится не всем, это нормально. Ну, разумеется, к человеку сильно старше бармен вряд ли будет обращаться на «ты».

Когда «Слезы березы» открылись, первые недели были очень насыщенными, нам много звонили: «Здравствуйте, это ресторан „Слезы березы“?» Люди привыкли думать, что только в ресторане такой подход к визуальному возможен, а в баре — нет. Нас начинают сравнивать с большими ресторанами, это приятно, но мы задумываемся: а вдруг что-то сделали неправильно и стоит ввести официантов, вообще поменять подход к работе? Сошлись на том, что важнее наша изначальная идея.

Наш замысел довольно амбициозен — создать такое художественное высказывание про Россию, чтобы, например, иностранец, посетивший нас, мог получить цельный образ. И наших коллег в регионах тоже хочется вдохновить — может быть, они увидят бар и придумают что-то классное у себя. Вообще, мы хотели выдержать русскость в хорошем понимании слова как в визуале, так и в кухне и музыке. Музыка российская — музыка всех народов, она должна подходить эстетике заведения и формату бара. Поэтому мы всей командой слушаем музыку, пересылаем в рабочий чат, так и формируется плейлист.

Саша, бренд-шеф: Для меню мы брали довольно понятные блюда — котлеты по-киевски, макароны по-флотски, но с авторской подачей, играли с технологиями, с ингредиентами, чтобы само заведение и кухня были единым целым. Меню небольшое — мы этого придерживаемся во всех заведениях. Нам нравится, когда есть выбор, но не из пяти страниц.

Русский бар на Бауманской

Заведение от владельцев «Птица-синица», «Пестики-тычинки» и «Дом, в котором». В меню, преимущественно, блюда русской кухни — борщ с уткой, макароны по-флотски, томленые телячьи щечки. На закуску можно попробовать кильку с печеным картофелем или картофельные драники, которые подают с лососем и красной икрой. Наливают пиво и сидр разных видов. Барную зону стилизовали под фасад сгоревшей избы, распилили чугунные ванны, превратив их в диваны, и «посадили» настоящую березу посреди зала. Своды под потолком украшены ветками деревьев, а люстры с абажурами оформили ажурными шалями.

Слёзы берёзы

@slezy_berezy_bar

Один из самых красивых пабов Москвы безусловно популярен, да так, что место еле нашлось вечером среды. К слову, во все остальные дни они бронируют лишь половину столиков, однако даже ранним вечером посадка будет полная. Даже в будние.

Будьте готовы к тому, что по приходу вы встретите масляные глазки странненьких хостес-официантов, даже не пытающихся вам помочь.
Я увидела один свободный барный стул у стойки, второй же стоял возле фортепиано. Уточнив такую возможность, мой спутник самостоятельно потащил его к бару. Ни вопросов, ни ответов.

Поймав парочку незаинтересованных взглядов барменов, мы сами нашли меню кухни и напитков, сели изучать. В «Слезах» всё на любой вкус: пиво, коктейли, еда, ковёр за стеклом. Все, кроме внимания. Его было отрицательное количество. Мои отчаянные попытки привлечь внимание товарищей за стойкой были тщетны. Водичку налили после просьбы, но с крайне недовольным лицом (в «Птице-Синице» и «Доме, в котором», других барах этой сети, отношение к воде было похожее, возможно, это сетевой стандарт — прим. ред.).
Занятно, что в баре существует длиннющая контактная стойка, а вот самого контакта от ребят не дождёшься. Грустно.

На ужин взяли тартар из говядины, макароны по-флотски, пару порций пива, даже коктейли и настойки тестировали! Настойки своеобразные, достаточно крепкие, коктейли — газированные классические коктейли на берёзовым соке (!? — прим. ред.). Сладко, неинтересно, невкусно.
Приличный ассортимент пива таится в паре холодильников на заднем плане, да и кранов предостаточно.

По кухне приятно, тартар был вполне съедобен, а вот макароны дали больше аромата, чем вкуса. Для заказа, к слову, надо топать в другой конец барной стойки и там же рассчитываться. Многих позиций кухни и пива не было в наличии.

Вокруг красиво, эстетично-обшарпанно. На то ли и правда старинных, то ли состаренных балках барной стойки — многовековая и, очевидно, аутентичная, пылища. Потрогать хочется, но антисептик уже на исходе — не первый же обзор пишу.
Впечатление весь этот музей производит смутное и смазанное, оставаться не хотелось ни при каких условиях. Благо, рассчиталась я заранее и имела возможность сбежать в любое удобное время. Оставленные недопитыми коктейли не вызвали вопросов, лужи от стаканов на стойке оставались со мной до конца посещения (я не выдержала и вытерла их сама). Приборов к тартару не принесли, хотя вроде как стоило бы, да и сами грязные тарелки задержались перед нами дольше, чем необходимо.

Задачу свою паб выполняет: красиво существует. Зал забит, пиво льётся, люди приходят даже не в самую удобную локацию.
Итого: можно в качестве музея, и чтобы расположиться за столиком (!) в своей компании. Тогда не так ярко видны откровенные недостатки по сервису, которые меня, как человека вежливого (несмотря на обзоры) и достаточно общительного, сильно напрягают.

Тартар из говядины — 500₽
Макароны по-флотски — 600₽
Пиво — 330₽
Настойки — 220₽
Коктейли — 550₽

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *