Капище в лосином острове как добраться
Перейти к содержимому

Капище в лосином острове как добраться

  • автор:

Язычники в Гольяново: зачем москвичи поклоняются деревянным богам

Фото: Владислав Савельев @indivvvvid, Коллаж: Маша Млекопитаева

В потаенных уголках Москвы стоят деревянные идолы — их немигающий взгляд сверлит окрестные леса. Истуканы тут неспроста: их возвели люди — современные язычники. Во что они верят? О чем говорят? Кто они? Редакция Super посетила чащу Лосиного Острова, чтобы узнать, что за персонажи бывают на капищах и зачем.

РЕКЛАМА — ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Мы подбираемся к языческому капищу. Оно совсем недалеко от тропок Лосиного Острова — идти туда нужно через грязь и рой комаров. Для того чтобы попасть в сам лес, достаточно взять любой трамвай от станции метро «Бульвар Рокоссовского» до Метрогородка.

Дорога туда необычная — по пути начинают попадаться языческие идолы. Некоторые выглядят кособоко и вызывают смешок. Через узкие струйки иссохших речек перекинуты ветки, местами смастерены рукодельные мостики. У случайного человека зрелище вызывает смешанные чувства: деревянные изваяния среди леса смотрятся мистически. Скрупулезно выложенные в траве валуны — тоже. Не хватает размаха: где ряженые, игра на ложках, гром и молнии Перуна?

Фото: Владислав Савельев @indivvvvid

Первый человек, которого мы встречаем на капище, — худой парень в одежде футбольного фаната и с банкой пива в руках.

— Ты че снимаешь? — пыхтит он. — Это нельзя фоткать. Ты понимаешь, что это как икона в храме?

Блюститель языческих святынь кружит над лавкой в центре капища. Слышится характерный звук: пустая банка пива летит в железное ведро, укромно припрятанное среди деревьев. Затем второй характерный звук — пшиканье новой банки, за ним — ликующее причмокивание.

— Послушай, — возвращается он после получасового разговора по телефону, — мы с тобой не с того начали. Меня зовут Егор.

На капище три пространства: изваяние богини Макоши с оградами из веток и метлы, просторная поляна со скамейкой и скворечником и, наконец, пятачок с поросшим травой лабиринтом камней. Поодаль валяются бревна, из земли выпирают ветки-загогулины. Идем к идолу Макоши: обычно у ее ног рассыпаны подношения, на деревьях висят ленты и елочные игрушки. Сегодня тут пусто.

РЕКЛАМА — ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Фото: Владислав Савельев @indivvvvid

Егор рассказывает о себе. Когда-то он работал неподалеку — на мясном комбинате, хотел узнать, из чего делается колбаса. Оказалось, что из манки и остатков старых колбас. Теперь Егор больше не ест колбасу и работает в шиномонтажке.

— Ты понимаешь, это наша истинная вера, наши предки, — говорит Егор. У него трудный возраст, как в песне МакSим: он пьет с утра уже неделю. На капище он попал так: как-то раз гулял неподалеку и встретил язычника.

— Я и не помню, что он там говорил. Но теперь я постоянно сюда прихожу зарядиться энергией предков. Я сам, вообще-то, из Воронежа, но нигде не чувствую себя дома. А здесь чувствую. Просто посидишь часик, и уже спокойно на душе. Однажды я сорвался и поехал среди ночи в Москву на попутках, чтобы попасть на капище. Еле-еле, но доехал. Людям не объяснишь, почему тебе ночью приспичило куда-то гнать.

Следуем за Егором сквозь деревья и оказываемся на другой поляне, скрытой от постороннего взгляда. Там большой и грозный идол, а перед ним клочок земли, на которую страшно ступать. Да и не нужно — все огорожено шлагбаумами из веток. На идоле руна, похожая на тот самый славянский символ. Гуглю: оказывается, это Сварожич.

Фото: Владислав Савельев @indivvvvid

У Егора были друзья, которые рассказали ему про язычество. Один умер от героина, с другим разругались — разница в ценностях. Капище Егор почитает как святыню, но ритуалы пока не практикует — симпатизирует издалека. Говорит, что ему не хватает слов, чтобы описать свои переживания: наткнуться на идолов в лесу — это как увидеть храм посреди пустоты.

— Видишь лицо идола? — Егор сдувает пену с новой банки пива. — Его из дерева пилили. Это уже большой заряд энергетический.

Мы ретируемся с поляны Сварога. Мой новый знакомый не видел большую часть безымянных идолов — тех, что на подступе к самой поляне. Обещаю их ему показать, по-братски. В пути Егор напевно бухтит себе под нос. Я прыгаю: кочка за кочкой, через ветки, прыг-прыг-прыг. Как бы не увязнуть по пояс и не разгневать духов предков пируэтами.

РЕКЛАМА — ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Фото: Владислав Савельев @indivvvvid

Мы идем туда, где, как опята, понатыканы идолы-сторожи. Возвращаемся к последнему из мостиков на пути к кладбищу: высоко на дереве высечено лицо с немигающим взглядом. Дальше по тропе — идол, опять же вырубленный в дереве. Это фигура девушки с кукольным лицом. Ее голова укутана в нарядный платок со стразами — почти Swarovski. Выглядит жутковато.

— Ты веришь в переселение душ? — озадачивает меня Егор. — Я слышал, что раньше за плохие поступки душу человека могли посадить в дерево. Тогда она ждала триста лет, пока дерево не умрет.

Фото: Владислав Савельев @indivvvvid

Позже мы говорим со жрицей языческой общины Ариной. Она рассказывает, что женский идол, у которого мы встретились, — девушка, ожидавшая возлюбленного из-за тридевяти земель. Не дождалась. Бедолага опоясана лентами, ниже ее лица на дереве высечена рука с голубем.

С капищем Макоши в Лосином Острове связана община родноверов — неоязычников, возрождающих дохристианские обряды. Община называется «Остров вятичей». Вятичи — древнерусская народность, которая жила на европейских территориях современной России. Несколько их захоронений, или курганов, есть в другом языческом уголке Москвы — Битцевском парке.

Одним из вдохновителей общины был волхв Велимир, шаман одной из других старейших общин — «Коляды вятичей». Он активно продвигал родноверие и строил капища: в том числе того, где находимся мы. Несколько раз на капище нападали вандалы: вырезали идолам лица и валили кумиров. Велимир умер, и «Коляда вятичей» перестала функционировать — это случилось пять лет назад.

Возведение статуи Даджьбога в парке «Царицыно», 1997 год. Источник: vladimirdar.livejournal.com

Возведение идолов Лады и Велеса рядом с Даждьбогом, 1999 год. Источник: vladimirdar.livejournal.com

Эскизы волхва Велимира: Велес и Симаргл. Источник: vladimirdar.livejournal.com

Отсылка к вятичам неслучайна: современные язычники ревностно относятся к культурной преемственности, особенно если речь о дохристианских порах. Само родноверие появилось в России в 90-х годах, когда религия и философия наконец-то вздохнули свободно: больше не нужно было следовать железной линии партии.

Вообще, называть родноверие религией неправильно. Мало общего оно имеет и с карикатурными язычниками: никто не водит хороводы у статуи Перуна, скандируя «Слава роду!» В основе родноверия — мифы и предания. Это скорее кропотливая этнографическая работа с фольклором и в каком-то смысле астрономия и философия. Родноверие не объяснит мир в догмах, но откроет человеку его глубину — ту, где он обретет себя, а заодно и весь мир.

РЕКЛАМА — ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Арина считает, что вера берется из снов. В потустороннем мире гуляют образы: иногда они попадаются на глаза людям. Это похоже на архетипы Юнга — части коллективного бессознательного, общего для всех людей, но берущего начало в индивидуальной психике. Например, в культуре он выделяет архетип мудреца — в нем, согласно Юнгу, мы видим воплощение всей жизненной мудрости и зрелости. Для родноверов такие образы таятся в природе. Параллельно с миром людей живет мир духов — по одному на каждый луг, поле, реку и лес. Среди таких богов, например, Велес — небесный пастух, который творит облака по своему желанию.

Фото: Владислав Савельев @indivvvvid

Все в мире — сон, который мог бы рождать чудовищ, но родил богов. Природа в родноверии оживает, но это совсем не о том, что у дерева, например, есть душа. Природа — транслятор божественного. С ее помощью человек знакомится с сутью вещей: сквозь реки, долы и веси на него, человека, сходит мир предков. Так, Макошь — богиня плодородия, удачи и покровительница женских ремесел. Она видит грядущие судьбы и все возможные перевоплощения. Это заметно по ее прищуренному взгляду — Макошь, как бабушка у подъезда, знает все.

Лабиринт из камней рядом — путь, в котором встречаются Явь и Навь: так современные язычники, опираясь на славянские мифы, называют части души. Душа бродит по лабиринту в попытках переродиться: считается, что она проходит несколько этапов. У нее два начала: душа-птица (идеальная часть, которая живет вечно) и душа-тень (материальная, вместилище всего земного и не всегда доброго). Душой-тенью управляет Чернобог — грозный темный бог, который в славянской мифологии олицетворяет несчастье. После смерти человека власть Чернобога кончается: душа-тень отпадает, а душа-птица взмывает ввысь — туда, откуда пришла.

Арина рассказывает, что долгое время была христианкой, но потом увлеклась книгами, которые не жаловал батюшка. Среди них — много работ русских религиозных философов: Владимира Соловьева, Сергея Булгакова, Василия Розанова. Они писали о Софии (женском божественном первоначале) и плероме (божественном идеале, который служит причиной творения). Еще Розанов много писал об эротическом Логосе — такого батюшка точно бы не вынес.

Нестеров М.В. «‎Философы»‎ (С.Н. Булгаков и П.А. Флоренский), 1917. Источник: «Артхив»

Родноверие похоже на гностицизм — одну из самых ранних христианских сект. Гностики верят в божественную полноту, а спасение для них — не в раскаянии, а в просветлении. Главный инструмент познания родновера — обряд. Письменных источников, из которых можно узнать хоть что-то, по пальцам пересчитать. Обряд нужен и для другого: в нем человек отрывается от обыденности, переживая особенный опыт. Четко закрепленных дат праздников, как и инструкций к обрядам, нет. Самый ближайший — летний солнцеворот Ивана Купалы.

На этом все не кончается: кроме гуляний в обрядовые дни община часто собирается на встречи у костра. Там обсуждают все самое важное. В последний раз так было в канун Русалий — праздник в честь умерших, который отмечают в конце весны. Там речь шла о Чернобоге. Обсуждали дилемму: в природе нет добра и зла, но откуда-то оно берется в обществе? Выяснилось, что все худшее в людях, чего еще нет в природе, — дело рук пресловутого Чернобога. Идола Чернобога нет на капище, потому что многим богам идолы не нужны — они живут внутри нас.

Фото: Владислав Савельев @indivvvvid

Мы с Ариной прощаемся. Идолы остаются где-то позади: чинно охранять оставленную поляну. Я выхожу, держа в себе всех мыслимых и немыслимых богов. И бросаю последний взгляд на лес — мало ли чего ожидать от него в такое время.

Тропами Лосиного острова

Вблизи от жилых кварталов большого города можно увидеть трехсотлетние дубы, услышать пение птиц, прокатиться в санях и познакомиться с традициями славянского племени вятичей. Национальный парк «Лосиный остров» — лесной массив площадью 125 квадратных километров, окруженный жилыми кварталами Москвы и Подмосковья. От станции метро «ВДНХ» к восточному входу в парк ведет Ярославское шоссе, некогда Троицкий тракт, по которому шли в Троице-Сергиеву лавру богомольцы. Автомобильная эстакада, многоэтажные дома, вырезанная из картона пара лосей — и вот уже полосатый шлагбаум, за которым начинается дорожка, проложенная среди деревьев. Мы — журналисты и фотографы — заходим в лес. За спиной стихает шум большого города. Его сменяют звуки природы: пение синиц, стук дятла, хруст снега. Город растет, наползает, пытается проникнуть в лесную чащу. Нелегко выжить растениям, соседствующим с мегаполисом. Но они живут. Примером служит мощный дуб, растущий у дороги. Ему около трехсот лет, но стоит он крепко, несмотря на то что несознательные посетители топчут корневую систему, царапают кору, качаются на ветках. Как пахали вятичи Много лет назад дремучие леса и топкие болота служили естественной защитой славянских селищ. Копая курганы на территории Лосиноостровского лесопарка, археологи нашли предметы материальной культуры племени вятичей. Поэтому в парке появился маршрут «Тропою вятичей». Пройти по дорожке и подышать свежим воздухом может любой желающий. Посетители гуляют с собаками, кормят снующих под ногами белок, упражняются в скандинавской ходьбе, катаются на лыжах. Группа участников пресс-тура идет по тропе с экскурсоводом национального парка. Журналистам рассказывают о символике, верованиях и традициях природопользования древних славян. Возможно, просторная поляна, примыкающая к нашему пути, была когда-то полем для подсечного земледелия. Вятичи выжигали часть леса, выкорчевывали пни, вспахивали землю сохой и эксплуатировали в течение трех-четырех лет, а затем оставляли отдыхать и устраивали поле в другом месте. Боги древних славян Боги, которым поклонялись вятичи, управляли всеми природными явлениями. На древних капищах по кругу стояли идолы Перуна и Велеса, Даждьбога и Ярило. В парке «Лосиный остров» на Тропе вятичей вкопаны в землю деревянные славянские вседержители с вырезанными деталями, характерными для каждого из них. «Приглядитесь, — объясняет экскурсовод, — у бога Рода нижняя часть символизирует родовое древо, верхняя — уходящую в небо крону. Творец славянского пантеона держит в руке знак Коловорота, на груди у него — круг с восемью лучами, обозначающий солнце». Есть на тропе и избушка на курьих ножках, на самом деле не имеющих никакого отношения к курам. Столбы, на которых стояли избы славян, окуривались дымом, чтобы строение не подгнивало. Отсюда и название — курьи ножки. Тысячу лет назад этот лес выглядел по-другому. В нем преобладали густые дубравы, населенные медведями и волками. Так что жизнь вятичей была далеко не проста. Проводы русской зимы Тропа вятичей приводит нас к Музею русского быта — деревенскому дому первой половины ХХ века, наполненному старинными кадушками и чугунками, маслобойками и прялками, утюгами на углях и ручными ткацкими станками. На просторном дворе с резными зверюшками, качелями, беседками в соответствии с народными традициями празднуется Широкая Масленица. Провожая зиму, школьники из города Королёва водят хороводы, играют в ручеек, убегают от дударя, раздувают «пузырь» и пытаются сбить шапку с головы противника. Во дворе дымит самовар, растопленный еловыми шишками. На столах — праздничное угощение: тарелки с горками горячих блинов, корзинки с баранками и пряниками, банки с медом и вареньем. Масленица завершается сожжением соломенного чучела в виде забавной бабы. Мы бросаем в огонь записки с перечислением всего негатива, который хотим спалить. Затем садимся в сани. Резвые лошадки с конного двора катают нас в санях по заснеженным аллеям. Босоногая тропа и бесшумная дискотека Мы сидим в горнице у русской печи с прислоненными к ней ухватами и кочергами. Директор национального парка «Лосиный остров» Игорь Сарафанов делится с нами планами развития инфраструктуры: «В рамках национального экологического проекта мы создадим систему понятной навигации и маршрутизации, откроем пешеходные и велосипедные дорожки. В этом году будет реализован проект „Босоногая тропа“. В окружении прекрасной природы протянется четырехкилометровая дорога. Ее участки будут иметь разное покрытие: песок и гальку, опилки и шишки, древесную кору и винные пробки. По маршруту нужно идти босиком, разувшись. Кроме тактильных ощущений, будут и элементы экологического просвещения. А в следующем году мы начнем проводить бесшумные дискотеки. Представьте: диджей крутит музыку, но она слышна только людям, которые танцуют в наушниках. Громкие звуки не помешают ни посетителям, ни животным, обитающим в парке». Рай для диких зверей Представители СМИ задают вопрос, волнующий всех москвичей: не сокращается ли в национальном парке число животных? «Нас окружает плотная городская агломерация, — отвечает Игорь Геннадьевич. — Экосистема парка замкнута и особенно не меняется. В парке свободно гуляют лоси — порядка 50 голов. На территории обитает около 150 пятнистых оленей. Численность кабанов нестабильная. Чтобы подкормиться, на биостанцию приходит несколько выводков диких свиней, каждый из них имеет 5-6 поросят. Животные в парке дикие, без вживленных чипов и GPS-ошейников. У нас нет необходимости мониторить их перемещения — мы и так знаем, в каких местах они пасутся. Звери любят безлюдные водно-болотные угодья, где можно найти корм и скрыться от посторонних. В парке много зайцев, белок, лис, ежей, различных стервятников. Но случаев браконьерства не бывает. Наши инспекторы и лесничие хорошо оснащены. Они ежедневно обходят территорию и патрулируют на байдарке верховье Яузы». Источник

Print Friendly, PDF & Email

Еще статьи по теме

«Москва: инструкция по применению»
Россия: очарование достопримечательностей – от Москвы до Сочи
Как выбрать земельный участок в Подмосковье: от локации до правовых особенностей
Ожерелье городов

Добавить комментарий Отменить ответ

Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.

Бродячий цирк

Сознание не нужно расширять — просто перестаньте его ограничивать!

September 2023

S M T W T F S
1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30

Tags

Powered by LiveJournal.com

Следопыт Метрогородок-Гольяново

В субботу выбрались на Следопыт МеГо (Метрогородок-Гольяново). Безотносительно того, что вырваться наконец на игру после двухмесячного почти овощного образа жизни бесценно, это был, пожалуй, лучший на данный момент Cледопыт из всех, сыгранных в Москве.

Старт на солнечной полянке на опушке Лосиного Острова, разметка тут же на бревне, и-и-и. весь первый этап чисто лесного ориентирования по Лосиному Острову! Нет, на городском ориентировании периодически случаются глубины лесопарков, поля с высокой травой и всякие овраги с речками-переплюйками, но так чтобы целый этап с настоящей лесной картой — такое впервые. Ко всему прочему, хоть я и катаюсь зимой в Лосинке на лыжах, до этой части, которая примыкает к жилому району Метрогородок, никогда не добиралась. А там столько всего интересного!

Бонусные загадки в этот раз разгадались легко и быстро, но некоторые мы все равно не успели посетить.

1. По пути к первым КП в Лосином острове открылся вид на Гольяновскую ТЭЦ-23 с синими градирнями:

2. Бонусный КП, который мы искали долго 🙂

Ну что еще может быть изображено на мишенях в Лосином Острове, в самом деле?

Оказывается, в Лосином Острове есть куча местечек, которые называют капищами (не КП, а капище, ага). Это такие культовые места для совершения языческих обрядов, на которых устанавливают деревянных идолов.

3. Вот одно из них:

4. А вот тропа к одному из них:

5.

6.

7. В другом из таких мест на дереве висели очень красивые елочные игрушки:

8. Зимой, наверное, вообще волшебно смотрятся:

9. В Лосинке довольно много ручьев-канав, которые сейчас почти все высохшие, но через них местами проложены симпатичные добротные мостки:

10.

11.

12.

13. Главный дорожный знак Лосиного Острова:

14. А с обратно стороны он вот такой:

То есть в одну сторону тебя лось собьет, а в другую — просто перейдет дорогу.

15. Упавшее дерево-звездочка

16. Финиш первого этапа (а всего их в этот раз было аж три) располагался на живописном острове посреди Бабаевского пруда:

17. Те же там же с другой стороны:

18. Дружественная команда «Куда деваться»:

19. На втором этапе мы выбирались в город и отправлялись изучать район Гольяново, но напоследок сделали еще кружок по лесу вокруг Гольяновского кладбища, на стене которого обнаружилась эпичная надпись:

20.

21. ТП с птичкой, кажется, уже стали обязательными атрибутами московских Следопытов:

На этот раз золотистая щурка.

22. Лосиный остров кончился, а лоси — нет:

23. Да еще и медведи добавились:

24. Внезапно деревянная картинка с Карелией на стене голубятни:

25. Котики Гольянова:

26. Граффити Гольянова:

27. Философские надписи Гольянова:

28. Мегамотоцикл на детской площадке:

На третьем этапе мы углубились в Гольяновские промзоны, и это, пожалуй, был один из самых запомнившихся отрезков трассы.

29. Индастриал в 1-м Иртышском проезде:

30. Какие-то склады-не склады, но явно что-то промышленно-хозяйственное:

31. А на стене вот этого дома внезапно табличка:

32.

33. И наконец — железнодорожная ветка к воротам 23-й ТЭЦ с кучей граффити, по которой мы шли до самых ворот:

34.

Весь путь в голове крутились стойкие ассоциации с Парижской Petite Ceinture. Вот уж где не ожидала вспомнить Париж, так это в Гольяново!

35.

36.

37.

38.

39. Надпись слева от пальм была КП:

40. На нашем пути по железной дороге мы прошли мост с жирными трубами теплотрассы:

41. С него посмотрели на синие градирный 23-й ТЭЦ:

42. А очередной КП — ручная стрелка в самом конце, где рельсы упираются в ворота ТЭЦ:

43. К вопросу о величине адресных табличек:

44. Дальше мы пошли в обратную сторону по проезду, параллельному железке. Там стоял ретро-мобиль Hanomag:

45.

46.

47. Бобрик на парковке:

48. И еще одна птичка (обыкновенный дубонос):

Периодически на Следопытах мы, протупив где-нибудь, не успеваем взять все основные КП, а в этот раз взяли все, но для разнообразия не успели на финиш. На самом деле протупили мы эпично — оказывается, отрезок от последнего КП до финиша можно было подъехать на трамвае, но эта инфа прошла мимо наших глаз и мозгов, и поэтому в самом конце мы играли в марафон «2,5 километра пешком за 20 минут». Опоздали минуты на три.

Зачем москвичи поклоняются деревянным богам?

СектаИнфо.РУ

НовостиНовости МосквыНовости РФ

В потаенных уголках Москвы стоят деревянные идолы — их немигающий взгляд сверлит окрестные леса. Истуканы тут неспроста: их возвели люди — современные язычники. Во что они верят? О чем говорят? Кто они? Редакция Super посетила чащу Лосиного Острова, чтобы узнать, что за персонажи бывают на капищах и зачем.

Мы подбираемся к языческому капищу. Оно совсем недалеко от тропок Лосиного Острова — идти туда нужно через грязь и рой комаров.

Дорога туда необычная — по пути начинают попадаться языческие идолы. Некоторые выглядят кособоко и вызывают смешок. Через узкие струйки иссохших речек перекинуты ветки, местами смастерены рукодельные мостики. У случайного человека зрелище вызывает смешанные чувства: деревянные изваяния среди леса смотрятся мистически. Скрупулезно выложенные в траве валуны — тоже. Не хватает размаха: где ряженые, игра на ложках, гром и молнии Перуна?

Первый человек, которого мы встречаем на капище, — худой парень в одежде футбольного фаната и с банкой пива в руках.

— Ты че снимаешь? — пыхтит он. — Это нельзя фоткать. Ты понимаешь, что это как икона в храме?

Блюститель языческих святынь кружит над лавкой в центре капища. Слышится характерный звук: пустая банка пива летит в железное ведро, укромно припрятанное среди деревьев. Затем второй характерный звук — пшиканье новой банки, за ним — ликующее причмокивание.

— Послушай, — возвращается он после получасового разговора по телефону, — мы с тобой не с того начали. Меня зовут Егор.

На капище три пространства: изваяние богини Макоши с оградами из веток и метлы, просторная поляна со скамейкой и скворечником и, наконец, пятачок с поросшим травой лабиринтом камней. Поодаль валяются бревна, из земли выпирают ветки-загогулины. Идем к идолу Макоши: обычно у ее ног рассыпаны подношения, на деревьях висят ленты и елочные игрушки. Сегодня тут пусто.

Егор рассказывает о себе. Когда-то он работал неподалеку — на мясном комбинате, хотел узнать, из чего делается колбаса. Оказалось, что из манки и остатков старых колбас. Теперь Егор больше не ест колбасу и работает в шиномонтажке.

— Ты понимаешь, это наша истинная вера, наши предки, — говорит Егор. У него трудный возраст, как в песне МакSим: он пьет с утра уже неделю. На капище он попал так: как-то раз гулял неподалеку и встретил язычника.

— Я и не помню, что он там говорил. Но теперь я постоянно сюда прихожу зарядиться энергией предков. Я сам, вообще-то, из Воронежа, но нигде не чувствую себя дома. А здесь чувствую. Просто посидишь часик, и уже спокойно на душе. Однажды я сорвался и поехал среди ночи в Москву на попутках, чтобы попасть на капище. Еле-еле, но доехал. Людям не объяснишь, почему тебе ночью приспичило куда-то гнать.

Следуем за Егором сквозь деревья и оказываемся на другой поляне, скрытой от постороннего взгляда. Там большой и грозный идол, а перед ним клочок земли, на которую страшно ступать. Да и не нужно — все огорожено шлагбаумами из веток. На идоле руна, похожая на тот самый славянский символ. Гуглю: оказывается, это Сварожич.

У Егора были друзья, которые рассказали ему про язычество. Один умер от героина, с другим разругались — разница в ценностях. Капище Егор почитает как святыню, но ритуалы пока не практикует — симпатизирует издалека. Говорит, что ему не хватает слов, чтобы описать свои переживания: наткнуться на идолы в лесу — это как увидеть храм посреди пустоты.

— Видишь лицо идола? — Егор сдувает пену с новой банки пива. — Его из дерева пилили. Это уже большой заряд энергетический.

Мы ретируемся с поляны Сварога. Мой новый знакомый не видел большую часть безымянных идолов — тех, что на подступе к самой поляне. Обещаю их ему показать, по-братски. В пути Егор напевно бухтит себе под нос. Я прыгаю: кочка за кочкой, через ветки, прыг-прыг-прыг. Как бы не увязнуть по пояс и не разгневать духов предков пируэтами.

Мы идем туда, где, как опята, понатыканы идолы-сторожи. Возвращаемся к последнему из мостиков на пути к кладбищу: высоко на дереве высечено лицо с немигающим взглядом. Дальше по тропе — идол, опять же вырубленный в дереве. Это фигура девушки с кукольным лицом. Ее голова укутана в нарядный платок со стразами — почти Swarovski. Выглядит жутковато.

— Ты веришь в переселение душ? — озадачивает меня Егор. — Я слышал, что раньше за плохие поступки душу человека могли посадить в дерево. Тогда она ждала триста лет, пока дерево не умрет.

Позже мы говорим со жрицей языческой общины Ариной. Она рассказывает, что женский идол, у которого мы встретились, — девушка, ожидавшая возлюбленного из-за тридевяти земель. Не дождалась. Бедолага опоясана лентами, ниже ее лица на дереве высечена рука с голубем.

С капищем Макоши в Лосином Острове связана община родноверов — неоязычников, возрождающих дохристианские обряды. Община называется «Остров вятичей». Вятичи — древнерусская народность, которая жила на европейских территориях современной России. Несколько их захоронений, или курганов, есть в другом языческом уголке Москвы — Битцевском парке.

Одним из вдохновителей общины был волхв Велимир, шаман одной из других старейших общин — «Коляды вятичей». Он активно продвигал родноверие и строил капища: в том числе того, где находимся мы. Несколько раз на капище нападали вандалы: вырезали идолам лица и валили кумиров. Велимир умер, и «Коляда вятичей» перестала функционировать — это случилось пять лет назад.

Арина считает, что вера берется из снов. В потустороннем мире гуляют образы: иногда они попадаются на глаза людям. Это похоже на архетипы Юнга — части коллективного бессознательного, общего для всех людей, но берущего начало в индивидуальной психике. Например, в культуре он выделяет архетип мудреца — в нем, согласно Юнгу, мы видим воплощение всей жизненной мудрости и зрелости. Для родноверов такие образы таятся в природе. Параллельно с миром людей живет мир духов — по одному на каждый луг, поле, реку и лес. Среди таких богов, например, Велес — небесный пастух, который творит облака по своему желанию.

Лабиринт из камней рядом — путь, в котором встречаются Явь и Навь: так современные неоязычники называют части души. Душа бродит по лабиринту в попытках переродиться.

Община Арины часто собирается на встречи у костра. Там обсуждают все самое важное. В последний раз так было в канун Русалий — праздник в честь умерших, который отмечают в конце весны. Там речь шла о Чернобоге. Обсуждали дилемму: в природе нет добра и зла, но откуда-то оно берется в обществе? Выяснилось, что все худшее в людях, чего еще нет в природе, — дело рук пресловутого Чернобога. Идола Чернобога нет на капище, потому что многим богам идолы не нужны — они живут внутри нас.

Мы с Ариной прощаемся. Идолы остаются где-то позади: чинно охранять оставленную поляну. Я выхожу, держа в себе всех мыслимых и немыслимых богов. И бросаю последний взгляд на лес — мало ли чего ожидать от него в такое время…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *