Чем в казахстане является алжир
Перейти к содержимому

Чем в казахстане является алжир

  • автор:

Чем в казахстане является алжир

Служил военным корреспондентом в дивизионных газетах на Дальнем Востоке сначала в Барабаше Приморского края Хасанского района, а затем в городе Лесозаводске Приморского края. Член Белорусского союза журналистов. Главный редактор газеты Министерства обороны Республики Беларусь «Белорусская военная газета. Во славу Родины».

Материал, представленный мною на конкурс, появился благодаря взаимодействию с военными журналистами газеты Министерства обороны Республики Казахстан «Сарбаз».

Игорь Кандрал
АЛЖИР: прикоснуться к ужасному

Вблизи города Нур-Султан располагался один из самых известных лагерей Главного управления лагерей и мест заключения — ГУЛАГа. Сейчас – это известный в стране и за рубежом музейный комплекс.

АЛЖИР – так сокращенно называли Акмолинский лагерь жен «изменников родины» в казахстанском поселке Акмол. Начиная с 1938 года именно в него ссылали репрессированных женщин со всего Советского Союза. За 16 лет через лагерь прошли более 20 тысяч узниц с «расстрельными» статьями.

На подходе к территории музейного комплекса я долго всматривался в строй больших тополей, пытаясь разглядеть за их кронами остатки строений. И вдруг неожиданно увидел выглядывавший из земли ржавый швеллер входных лагерных ворот – немой свидетель всех людских трагедий. Остановился. Присел и дотронулся до него рукой. Жара, а он холоден…

Известно, что среди осужденных были женщины семьи расстрелянного маршала Тухачевского, певица Лидия Русланова, матери Булата Окуджавы и Майи Плисецкой. Дочь белорусского поэта Тодора Кляшторного в Акмолинском лагере оказалась вместе с мамой.
«Я родилась в Беларуси. А когда уже был объявлен приговор отцу – 10 лет без права переписки, тогда уже арестовали и маму», – рассказывала Майя Кляшторная в своих воспоминаниях.

Об условиях жизни в лагере рассказывает экспозиция музея. По словам экскурсовода, первые заключенные, прибывшие в январе 1938 года, столкнулись с испытанием в виде жуткого холода и степных ветров. Женщинам приходилось самим строить бараки, собирать камыш у озера, чтобы отапливать им свои жилища. Температура в бараках зимой не превышала 6-8 градусов тепла. А летом заключенные страдали от полчищ насекомых и пыльного ветра, к которым прибавлялась невыносимая жара, порой до +40 градусов по Цельсию. Природные условия жизни в Казахстане еще те…

А еще женщины рыли арыки и высаживали сады. Много было посажено малины – так и появилось прежнее название поселка Малиновка. Сегодня от этих садов и огородов ничего не осталось. А когда-то женщины берегли их ценой собственной жизни – еды было крайне мало.

Понравилась работа? Голосуйте за неё лайком!
of your page —>
Присоединяйся к движению #digicultures

Выкладывай в свой Instagram-аккаунт фото- и видеоработы с хэштегом #digicultures, который объединяет визуальные истории о самобытной культуре разных стран и помогает нам лучше понять друг друга, и становись частью большого медиасообщества. Авторы лучших материалов будут приглашены на XIV Международный Медиа-Форум молодых журналистов «Диалог Культур» в Государственном Эрмитаже, в общественном пространстве которого смогут лично представить свои проекты 26 и 27 ноября 2019 года.

Мемориальный комплекс АЛЖИР в окрестностях Астаны

АЛЖИР – это разговорное название и аббревиатура означающая Акмолинский лагерь жен изменников Родины. АЛЖИР – место человеческой трагедии во времена сталинских репрессий, крупней женский лагерь в СССР, просуществовавший с 1938 по 1953 год. Здесь были сломаны 18000 судеб, часть которых навсегда обрели покой в суровой казахской степи. Сегодня на месте лагеря размещается музейно-мемориальный комплекс памяти жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР». Он находится в 40 км к западу от Астаны.

Еще до образования лагеря, в 1931 году здесь было образовано спецпоселение №26, в котором размещались семьи, высланные из Саратовской области России, Белоруссии, Крыма, и других регионов СССР. В то время было в обиходе название «26-я точка». Однако, условия жизни у этих людей были относительно сносными.

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

История АЛЖИРа

Историю лагеря АЛЖИР можно отсчитывать от 8 июня 1934 года, когда вышло постановление о членах семей изменников Родины, сокращенно ЧСИР, которое устанавливало наказание в виде ссылки в дальние районы Сибири на 5 лет, или лишение свободы на срок от 5 до 10 лет. 15 августа 1937 года вышел приказ НКВД №00486, который позволил без суда отправлять в лагерь ЧСИР, и на его основании в декабре того же года на месте спецпоселения №26 был открыт АЛЖИР, официально названный «Исправительно-трудовой лагерь Р-17».

10 января 1938 туда пришел первый поезд с женщинами и их детьми от 1 до 3 лет. И уже через полгода АЛЖИР, занимавший территорию 30 гектар, был переполнен: в нем было размещено 8000 заключенных женщин, из которых 4500 числились как ЧСИР. Осужденных было намного больше, и прибывающих стали размещать в других лагерях на территории Казахстана. Первым заключенным АЛЖИРа было очень тяжело, так как лагерь не был оборудован для зимовки, и к тому же состоял на «спецрежиме»: были запрещены любые контакты, переписка или передачи, заключенным запрещалось работать по специальности.

В мае 1939 года вышел указ об отмене спецрежима в АЛЖИРе, и женщины смогли узнать о судьбе своих мужей, детей, родственников. Однако жизнь в лагере от этого не стала легче. Заключенные жили впроголодь, работали по 12-15 часов в сутки, и замерзали в плохо отапливаемых бараках. Особенно тяжелым был 1943 год, когда умерли сотни заключенных.

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Небольшая часть женщин, вывезенных в АЛЖИР, были с детьми. Некоторые были осуждены будучи беременными. В лагере они жили с детьми до 3 лет. В апреле 1951 года вышло постановление правительства, согласно которому все беременные женщины и женщины с детьми были освобождены.

Лагерь АЛЖИР был закрыт в 1953 году, после смерти Сталина. Однако, даже после этого он просуществовал еще несколько лет, и был полностью ликвидирован лишь в 1958-1960 годах.

Жизнь в АЛЖИРе

Первые заключенные, прибывшие в АЛЖИР в январе 1938 года, столкнулись с испытанием в виде жуткого холода и степных ветров. «Первопроходцам» приходилось самостоятельно строить бараки, и постоянно собирать камыш у окрестного озера, чтобы отапливать им свои жилища. По воспоминаниям женщин, температура в бараках была не выше 6-8 градусов тепла. Летом заключенные страдали от полчищ насекомых и пыльного ветра, к которым прибавлялась невыносимая жара, порой до +40 градусов по Цельсию.

Условия «спецрежима» не позволяли женщинам работать по специальности. Больные и старые женщины, а также дети, работали на швейной фабрике. Музыканты, учителя и обладатели других гуманитарных профессий были задействованы в сельском хозяйстве и на строительстве. Лишь обладательницы профильных специальностей, необходимых лагерю, могли получить достойную работу. Однако, в любом случае, первые два года жизни в АЛЖИРе были очень тяжелыми для всех.

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Каждый день узниц АЛЖИРа шел по одному сценарию: ранний подъем, построение на перекличку, затем рабочий день длиной в 12 часов, ужин, вечерняя перекличка, отбой. Питание было очень скудным – кусок черного хлеба, каша их худших сортов различных круп, иногда суп. Люди жили с постоянным чувством голода, страдали от холода и частых болезней.

Каторжный труд заключенных быстро сделал лагерь АЛЖИР прибыльным сельскохозяйственным и производственным комплексом. Женщины работали на полях, выращивали овощи и фрукты, проводили отбор семян, вели селекцию, но при этом все продукты шли на поставку, а заключенным не доставалось ничего. Также, были построены коровники и курятники, но заключенные никогда не ели мясо выращенных здесь животных. Кроме того, на территории лагеря работала швейная фабрика, которая поставляла обмундирование для солдат во время Великой отечественной войны.

Музей памяти жертв политических репрессий

31 мая 2007 года состоялось открытие мемориального комплекса и музея на территории бывшего лагеря АЛЖИР, которое было проведено в День памяти жертв политических репрессий, отмечаемый в Казахстане 31 мая, а также приурочено к 70-летию с начала массовых репрессий в СССР. Сегодня здесь можно увидеть различные экспозиции, воспроизводящие быт заключенных: заборы колючей проволоки, сторожевые вышки, бараки, и т.д. В музее при мемориальном комплексе можно ознакомиться с различными документами и фотографиями. Также, на территории комплекса расположены различные памятники, стелы, памятные плиты, установленные представителями разных стран постсоветского пространства, так как в АЛЖИР привозили женщин со всего СССР, из нынешней Армении, Белоруссии, Грузии, Украины и стран Центральной Азии.

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

Мемориальный комплекс АЛЖИР, окрестности Астаны

АЛЖИР навсегда останется немым свидетелем человеческой трагедии в XX веке, и о его узницах будут помнить вечно.

Чем в казахстане является алжир

Только за 1937-38 годы в Казахстане было осуждено по политическим мотивам более 100 тысяч человек. МТРК «Мир» —!>

31 мая 10:23

Акмолинский лагерь жен изменников родины: как женщины выживали в «АЛЖИРЕ»

МТРК «Мир»
Сегодня казахстанцы вспоминают жертв политических репрессий. Поселок Акмол рядом с Астаной в середине прошлого столетия был известен как «АЛЖИР» – Акмолинский лагерь жен изменников родины. В местном музее хранят истории тысяч женщин, прошедших через эту жуткую точку, передает корреспондент «МИР 24» Асель Русалиева. Краткий словарь инфекциониста. Зауре Оспановой он достался от бабушки. Магрифа Казбекова была одной из первых казашек, получивших диплом врача. В 37-м ее мужа, ученого-семеновода Исмаила Казбекова после поездки в Америку признали врагом народа и расстреляли. Женщину разлучили с детьми и отправили в лагеря.

«У нее на руках было двое детей. Эрден Казбеков, ему было 10 лет, и моя мама, ей 10 месяцев. Моя мама совсем маленькая, ее забирают в дом малютки, а ее сына отправляют в Магнитогорский дом-интернат для детей врагов народа. Их всех женщин собирают в Алжире», – рассказала внучка репрессированной М. Казбековой Зауре Оспанова.

Двадцать шестая точка Карлага – «АЛЖИР». Сейчас это музей, а в 30-е тысячи женщин выживали здесь вопреки всему. Узниц в «АЛЖИР» начали привозить зимой 1938 года. Эшелоны непрерывно шли со всего Советского Союза. А здесь была голая степь, только колючая проволока и вышки. Поэтому женщинам пришлось самим строить саманные бараки. Вместо матрасов – солома. А печь топили камышом. Он очень плохо горел. Внутри температура не превышала восьми градусов, поэтому женщины болели и умирали. Певица Лидия Русланова, матери Майи Плисецкой, Булата Окуджавы, сестра маршала Тухачевского. 18 тысяч узниц прошли через «АЛЖИР» этапом, еще восемь тысяч отсидели полный срок от пяти до 10 лет.

«Животноводство, летом они занимались земледелием, высеивали поля, сажали саженцы, бахчевые культуры, здесь они построили швейный цех, шили одежду для себя, на фронт шили одежду», – рассказала экскурсовод музейно-мемориального комплекса жертв политических репрессий и тоталитаризма АЛЖИР Бактыгуль Саханова.

Женщин отлучали от семей без объяснения причины ареста, они не знали, где их мужья, и каждый день были вынуждены выполнять самую тяжелую работу. Выживать помогала вера. «Вера была в то, что живы родственники, живы дети, живы мужья, что ради них нужно выживать и жить. Даже когда женщинам давали кашу, была обычная каша, сваренная на воде, эту кашу они мазали на лицо, чтобы сохранить свою молодость, красоту», – рассказала экскурсовод музейно-мемориального комплекса жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР» Бактыгуль Саханова. Список узниц «АЛЖИРа» пополняется до сих пор. Житель Оренбургской области России Юрий Биишев привез фотографии своей бабушки Марии. Он верит, что здесь память о ней сохранится дольше. «Здесь были очень тяжелые условия. Не погибла, потому что она была крестьянская дочь. Сильная, здоровая женщина. 32 года, но вышла она абсолютно белая, как я, без зубов, потому что цинга была», – рассказал житель Оренбургской области России Юрий Биишев. Работницы музея говорят, что, несмотря на тяжелые испытания, женщины не были озлоблены на судьбу. Кроме того, большинство из них были долгожительницами. Их любовь к близким и жажда жизни были невероятно сильными.

Только за 1937-38 годы в Казахстане было осуждено по политическим мотивам более 100 тысяч человек. Каждый четвертый был расстрелян.

История лагеря с экзотическим названием «АЛЖИР» и его узниц

Музейная экспозиция, изображающая узницу в сталинском вагоне для перевозки заключенных. Вагон стоит на территории музея памяти жертв репрессий и тоталитаризма

Когда открылся Акмолинский лагерь жен изменников родины, в его названии не было кавычек. Именно так слово «изменники» теперь написано на вывеске у Аллеи Жертв Репрессий в поселке Акмол близ Астаны.

Вначале здесь была так называемая «26-я точка». На ее базе в январе 1938 года появился Акмолинский лагерь жен «изменников» родины. Он относился к Акмолинскому спецотделению Карлага НКВД (Карагандинского лагеря НКВД). Узницы лагеря назвали его коротко: АЛЖИР. В этом лагере волей Сталина оказались около восьми тысяч женщин, вся вина которых состояла только в том, что они не предали своих мужей, первыми брошенных в жернова репрессий 1930-х годов. По всему Советскому Союзу были раскиданы сотни лагерей ГУЛАГа, АЛЖИР был одним из этих эпицентров ада на Земле.

Потом лагерь превратился в многопрофильное хозяйство с крупным сельскохозяйственным производством, мастерскими, швейной фабрикой. После его закрытия в 1953 году поселок стал называться Малиновкой, а теперь – Акмол по историческому названию местности.

Отстраивали и обустраивали это место сами узницы. Бараки, столовая, фермы для скота, водокачка, зернохранилище, мастерские – всё это было построено руками заключенных женщин. В основном это были представители интеллигенции, не привыкшие к тяжелой работе.

КАК УЗНИЦЫ АЛЖИРА СПАСЛИ САД И СЕБЯ

Их заставляли собирать камыш, рыть арыки и высаживать сады. Много было посажено малины, так и появилось прежнее название поселка

Музейная экспозиция тюремной вышки на территории Музейно-мемориального комплекса жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР» (Акмолинский лагерь жен «изменников» родины). Поселок Акмол, 12 апреля 2011 года.

Малиновка. От этих садов и огородов ничего не осталось. А когда-то женщины берегли их ценой собственной жизни.

Бывшая узница лагеря Минтай Даукенова рассказывала нынешним местным жителям, что, когда они посадили 600 яблоневых саженцев, зайцы начали грызть их кору, поскольку зима выдалась суровой и есть им было нечего. Руководство лагеря тогда распорядилось, что если пропадет хоть один саженец, то начнут расстреливать заключенных. Женщины решили делиться хлебом с зайцами. Возле каждого саженца они оставляли кусочки хлеба. Зайцы поднимали эти крошки, не трогая кору высаженных деревьев. К весне яблоневый сад был сохранен. На его месте стоит теперь музейно-мемориальный комплекс «АЛЖИР».

«КУРТ – ДРАГОЦЕННЫЙ КАМЕНЬ»

Когда в 1990 году бывшая заключенная Акмолинского лагеря жен «изменников» родины Гертруда Платайс приехала в Казахстан, она рассказала сотрудникам музея «АЛЖИР», как впервые увидела местных казахов и как они отнеслись к заключенным женщинам.

Одним зимним утром женщины-узницы несли с озера Жаланаш охапки

Фотокопия снимка Гертруды Платайс, узницы АЛЖИРа (Акмолинского лагеря жен «изменников» родины). Фотография размещена в музее памяти жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР».

камышей. Через некоторое время на берегу озера появились старики и дети, которые по команде старших начали бросать в этих женщин камни. Конвоиры начали громко смеяться: мол, видите, вас не только в Москве, вас и здесь, в ауле, не любят.

Оскорбленные женщины думали, ну что же вы, старики, чему своих детей учите?! Но вот одна женщина споткнулась об эти камни, а когда упала рядом с ними, то почувствовала запах молока и сыра. Она взяла кусочек и положила в рот – он показался ей очень вкусным. Она собрала эти камушки и принесла в барак. Там были и заключенные женщины-казашки. Они сказали, что это курт – высушенный на солнце соленый творог.

Воспоминания Гертруды Платайс легли в основу стихотворения «Курт – драгоценный камень». Его автор – преподаватель истории Раиса Голубева. Она живет в селе Новоишимка Акмолинской области. Вот отрывок из ее стихотворения, предоставленный нам сотрудниками музея «АЛЖИР»:

О, Господи, да это ведь не камень.
От него так пахнет молоком.
И в душе затрепетал надежды пламень,
А в горле встал ком.
Так вот что придумали старики!
Вот за что женщины детьми рисковали!
Они нас от болезни берегли,
Они нас от безверия спасали.
Они поняли, что мы не враги,
А просто несчастные женщины.
И чем смогли – помогли,
Поразив нас своей человечностью.
Я молча поползла по льду,
Собирая драгоценные камни.
Теперь я отвратила от них беду,
Спасая их от охраны.
А ночью в холоднейшем бараке,
На оскверненной палачами земле,
Я, немка, молилась мусульманскому богу,
Да ничего не просила себе.
Я просила старикам здоровья,
Женщинам-матерям – счастья.
Особенно я молилась за детей,
Чтобы они не видели несчастья.
Я прошла все круги ада,
Потеряла веру и друзей,
Но одно я знаю,
Что только так и надо воспитывать детей.

Теперь эту историю Гертруды Платайс пересказывают посетителям Музейно-мемориального комплекса жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР». Раиса Жаксыбаева, руководитель экскурсионного отдела, говорит, что местные жители охотно помогали заключенным женщинам, поскольку сами в 1930-х годах узнали Голод и

Пастухи под кустиками клали то хлеб, то мясо и делали знаки женщинам, что там и там-то что-то лежит. Узницы АЛЖИРа были очень благодарны местным казахам.

«Пастухи под кустиками клали то хлеб, то мясо и делали знаки женщинам, что там и там-то что-то лежит. Узницы АЛЖИРа были очень благодарны местным казахам. Все лагеря плохие, но именно в казахстанских выживали многие», – говорит Раиса Жаксыбаева в интервью нашему радио Азаттык.

О том, сколько выжило, точных данных в музее нет. Но, по словам Раисы Жаксыбаевой, заключенные женщины умирали только в начале существования лагеря в 1938–1939 годах. «В первые годы слабенькие умирали. В основном же интеллигенция сидела. Кроме карандаша и ручки, не держали в руках, а здесь должны были копать, камыш собирать и на тракторе работать», – говорит Раиса Жаксыбаева.

ПЛИСЕЦКАЯ – УЗНИЦА АЛЖИРА

В Акмолинском лагере сидела Рахиль Плисецкая, мама известной русской балерины Майи Плисецкой. Ее осудили на восемь лет. Первоначально Рахиль Плисецкая была заключена в Бутырскую тюрьму, а после

Фотокопия снимка Рахиль Плисецкой (слева) с дочерью Майей (справа), сыном Азарием (в центре) и братом Александром (сверху). Фотография размещена в музее памяти жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР» (Акмолинский лагерь жен «изменников» родины).

приговора как жена «врага народа» этапирована в Акмолинский лагерь жён «изменников» родины, куда она приехала с сыном Азарием.

– Ему было тогда восемь месяцев. Сейчас ему 73 года, и живет он в Швейцарии. Мы с ним переписывались, общались. Он говорил, что хотел бы приехать сюда. В прошлом году он приезжал к нам, – говорит Раиса Жаксыбаева нашему радио Азаттык.

В АЛЖИРе Рахиль Плисецкая сидела недолго. В результате прошений и хлопот родных через некоторое время ее перевели на вольное поселение в Шымкент.

Михаил Зельцер, сын другой заключенной, Брайны Лурье, мать которого находилась в лагере вместе с Рахиль Плисецкой, наиболее полно описывает контингент заключенных в своем рассказе в изданной в 2002 году алматинским издательством «Жети жаргы» книге «Страницы трагических судеб»:

«Кого только не собрал лагерь – здесь находились и артистки, и ученые, и инженеры, и преподаватели. Лошадьми с ассенизационными бочками поначалу управляли дамы в шляпах. Шляпы потом поистрепались, и все приобрели лагерный вид».

Бывшая узница АЛЖИРа Мария Даниленко из Харькова в своих воспоминаниях в той же книге «Страницы трагических судеб» пишет, что у 90 процентов заключенных было высшее образование.

«Среди нас были ленинградская профессура, почти вся труппа

Здесь находились и артистки, и ученые, и инженеры, и преподаватели. Лошадьми с ассенизационными бочками поначалу управляли дамы в шляпах. Шляпы потом поистрепались, и все приобрели лагерный вид.

Харьковского оперного театра, инженеры, техники, строители, врачи, геологи, учителя – профессий 100, наверное. А еще художники. С ними припоминается забавно-грустный эпизод из лагерной жизни. Девочки для того, чтобы разрисовать столовую, нашли способ выварки краски из дамских трусиков. Получилось здорово, потому как рисовали профессионалы из Ленинградской художественной академии».

В музее АЛЖИРа хранится ее летнее платье оранжевого цвета, шляпа и туфли. Судя по всему, Мария Даниленко в этом наряде приехала в лагерь, говорят сотрудники музея. В своих воспоминаниях она рассказывала, что в июле ее вместе с другими женщинами загрузили в телячьи вагоны с наспех сооруженными нарами.

Образец сталинского вагона-теплушки, в которых обычно зимой перевозили заключенных, стоит на территории музея «АЛЖИР».

МУЖ-ТРАКТОРИСТ

«Были в лагере и женщины, что называется „от сохи“, – пишет Михаил Зельцер в книге «Страницы трагических судеб». – Одна из соседок по бараку как-то пожаловалась маме, что посадили ее ни за что. «Следователь кричал: „Муж у тебя тракторист“, а трактористом-то он никогда не был, он бригадиром был», – рассказывала она. Бедолага,

Заброшенный разваливающийся барак Акмолинского лагеря жен «изменников» родины (АЛЖИР). Поселок Акмол, 14 апреля 2011 года.

никогда не слышала слово „троцкист“, воспринимала его как более знакомое слово – „тракторист“».

В АЛЖИРе, по его словам, была чудесная школа. «Таких добрых, – пишет Михаил Зельцер, – неформальных, по-настоящему дружеских отношений с учителями я нигде ни тогда, ни сейчас не видел. Возвратившись через несколько лет в Ленинград, я долгое время не мог привыкнуть к обычной школе».

Учителем там работала Зинаида Гинзбург. Она преподавала литературу и немецкий язык. «Как-то Зинаида Наумовна поручила мне выяснить мнение Белинского, не помню уж, по какому поводу. Библиотека в поселке была только одна – в ВОХРе (военизированная охрана). Я отправился к политруку ВОХРа, в ведении которого находилась библиотека, и спросил, нет ли у них Белинского. „В составе дивизиона такого не числится“, – отрубил политический воспитатель военизированной охраны и с достоинством удалился», – пишет Михаил Зельцер.

ОСТАТКИ ЛАГЕРЯ АЛЖИР

На территории бывшего Акмолинского лагеря жен «изменников» родины стоит большой поселок Акмол с четырех-пятиэтажными панельными домами, универмагом, клубом. Поселок окружают большие тополя, посаженные заключенными.

От лагерной инфраструктуры мало что сохранилось: заброшенный, разваливающийся барак саманного типа; баня, в которой находится сейчас электростанция, а также здание проходной – где проверяли заключенных. Его потом достроили, и теперь это частный дом.

Александр Тайгаринов, местный житель, сын репрессированных, говорит, что лагерь был большой. «Когда был маленьким, на велосипеде, куда ни поедешь, – обязательно проколешь баллон. Все было в колючей

Когда был маленьким, на велосипеде, куда не поедешь, – обязательно проколешь баллон. Все было в колючей проволоке. Большая территория была.

проволоке. Большая территория была», – говорит он в интервью нашему радио Азаттык.

Александр Тайгаринов говорит, что бараки были длинные, стояли в два ряда. Они были построены из самана, поэтому все развалились.

«В спальном бараке, где одновременно прозябало 360 человек, воздух был спертый. Женщины, чтобы выжить, собирали по помойкам кочерыжки и варили себе похлебку в котелочках в топках, вонь стояла на весь барак. Конвоир, приводивший нас к месту, гнушался заходить внутрь из-за запаха, обычно он просил кого-нибудь из дежурных старушек пересчитать заключенных. Наши дамы шутили: „Стерегут нас как золото, а ценят как г. “» – пишет в своих воспоминаниях бывшая узница Мария Даниленко.

Михаил Зельцер, сын узницы Брайны Лурье, который жил с мамой в этом лагере, рассказывал, что зона была окружена высокой колючей

Жители поселка Акмол у памятника жертвам репрессий 30-50-х годов. 14 апреля 2011 года.

оградой, по углам – вышки с часовыми, за ней – перепаханная земля и небольшие столбы, между которыми натягивали проволоку.

«На ней закрепляли длинные поводки сторожевых собак. Здоровенных псов приводили сюда на ночь, и, когда их вели, мы, мальчишки и девчонки, да и взрослые тоже, разбегались в стороны, побаиваясь зверюг, которых едва удерживали проводники. Одним словом, настоящий концентрационный лагерь», – пишет Михаил Зельцер в своих воспоминаниях.

В бараках после закрытия Акмолинского лагеря жен «изменников» родины продолжали жить его бывшие узники, а потом здесь разместились спецпереселенцы и первоцелинники. Некоторые заключенные остались и создали здесь новую жизнь. Подробно об этом наше радио Азаттык расскажет в следующем репортаже.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *